Вчерашний марш

Вчерашний марш

Вчера буквально перед отъездом на Тургеневскую написал комментарий о «выборах». Написал там, что не считаю, что мы должны призывать к свержению режима, что мы против революций и что нашей тактикой должно стать давление на власть со стороны гражданского общества в ненасильственных, цивилизованных формах.
При этом мы как партия должны и будем бороться с любыми формами произвола и беззакония со стороны властей. В частности – с грубым нарушением прав граждан на собрания и шествия. Запрет на проведение марша несогласных в Москве – это нарушение и Конституции, и Уголовного кодекса, в связи с чем вчера я обратился с заявлением в прокуратуру Москвы. Если раньше власти хотя бы предлагали организаторам массовых акций протеста альтернативные варианты по месту проведения, то на этот раз они даже не удосужились этого сделать, провокационно предложив проводить мероприятие «в другом месте». Можно себе представить, чем бы закончился перенос марша в это «другое место», например, на Красную площадь…
На Тургеневскую вчера я поехал с целью уведомить членов и сторонников СПС, собравшихся там, о том, что марш незаконно, но все же запрещен властями, рассказать, какие действия мы предпринимаем, призвать всех не поддаваться на возможные провокации, вести себя мирно и в соответствии с законом. Я был намерен все это сообщить руководству направленной на разгон марша милиции, чтобы не допустить насилия против мирных людей. Все это я рассказывал журналистам,

и как раз в тот момент, когда я говорил о том, что мы заинтересованы в том, чтобы не было столкновений, провокаций, беспорядков, на меня набрасываются несколько омоновцев и тащат меня в автобус.

В рапорте о задержании написали, что я организовал несанкционированный митинг, препятствовал движению граждан и транспорта (вот если кто-то и препятствовал, то это ОМОН и его автобусы), и призывал к свержению конституционного строя.
Жду теперь повестки в суд. Причем в Басманный (!)
Отдельное спасибо , и , которые приехали к Мещанскому ОВД, присылали ободряющие смс-ки и ждали, когда нас отпустят.