В.РОМЕНСКИЙ: Здравствуйте, Никита Юрьевич.

Н.БЕЛЫХ: Здравствуйте.

О.ЖУРАВЛЕВА: Дневной «Разворот» на «Эхе Москвы» – как всегда, уже теперь наконец мы вместе – ведет Владимир Роменский…

В.РОМЕНСКИЙ: И Ольга Журавлева. И, конечно, сейчас буду мучить губернатора. Дело в том, что в последнее время к нему зачастили, причем не кто-нибудь, а довольно-таки высокопоставленные лица в государстве. Например, был третий человек в государстве, товарищ Миронов, спикер Совета Федерации. Также совсем недавно приезжал Владислав Сурков…

О.ЖУРАВЛЕВА: Уж не говоря про Григория Явлинского. Лицо, широко известное в узких кругах.

В.РОМЕНСКИЙ: …первый заместитель главы администрации президента, я про Суркова. Расскажите, Никита Юрьевич, он же к вам приезжал на как раз таки первое заседание общественно-политического совета при кировском губернаторе.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вами же инициированного. А что такое случилось с Владиславом Юрьевичем, что ему вдруг стало интересно, что такое придумал губернатор Кировской области, что он прямо лично поехал посмотреть?

В.РОМЕНСКИЙ: Или он контролирует?

Н.БЕЛЫХ: Я попросил Владислава Юрьевича в гости, и он приехал.

О.ЖУРАВЛЕВА: А он именно на совет приехал? Вы его на совет приглашали?

Н.БЕЛЫХ: Да, я его приглашал на совет. Я приглашал, чтобы он, собственно говоря, посмотрел, как ведется работа в регионе, который возглавляет губернатор, не являющийся членом правящей партии. Так получилось, что заседание общественно-политического совета действительно было первое, и поэтому мы решили совместить приятное с полезным и предложили Владиславу Юрьевичу как раз выступить на этом открытом заседании.

В.РОМЕНСКИЙ: А Сурков сомневался в ваших каких-то достоинствах? Он думал, вы не справляетесь? Просто зачем его звать, чтобы он приехал? Я не понимаю.

О.ЖУРАВЛЕВА: Может, какой-то диспут у вас был? Вы сказали – «Вот приезжайте и посмотрите, как оно все есть».

Н.БЕЛЫХ: В том числе я сказал – приезжайте и посмотрите. Потом – у меня нет сомнений, что Владислав Юрьевич не питал каких-то сомнений по этому поводу, но мало ли кто ему что шепчет и доказывает и рассказывает. Поэтому лучше все-таки один раз увидеть, чем сто раз услышать.

В.РОМЕНСКИЙ: Что увидел-то? Ему понравилось?

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, вот по итогам. То, что он говорил про то, что напрягаемся, когда оно шевелится, и всякие вот такие прекрасные цитаты, которые растащили по всяким газетам и интернетам, это понятно. А вот что он вам лично сказал по результатам своей поездки? Ну, даже чтобы не обидеть, он, может, не сказал чего-то. Но, тем не менее, для вас были какие-то слова важные?

Н.БЕЛЫХ: Для меня было важно, что нет каких-то разночтений и разногласий по поводу того, как организован внутриполитический процесс в регионе, ни у администрации президента, ни у представителей партий, являющихся оппозиционными в парламенте, а также общественных объединений и политических организаций, которые вообще в парламенте не представлены. То есть, в принципе, если говорить о политическом совете, то был, на мой взгляд, очень конструктивный и интересный разговор, потому что он соответствовал духу, который закладывался при формировании этого совета.

В.РОМЕНСКИЙ: Подождите. То есть Сурков приезжал для того, чтобы увидеть, что Белых «Единую Россию» не обижает?

Н.БЕЛЫХ: Ну, я не думаю, что кто-то там говорил о том, что обижает или не обижает «Единую Россию». Я вообще как человек беспартийный стараюсь партийные вопросы и во внутренние партийные дела не вмешиваться ни в одной политической партии. В то же время, понятно, что нельзя находиться в регионе и вообще вопросами политическими не заниматься – хотя бы потому, что…

О.ЖУРАВЛЕВА: И с правящей партией никак не контактировать тоже нельзя.

Н.БЕЛЫХ: Я контактирую. Я об этом говорил многократно, в том числе и у вас в эфире, что с правящей партией, имеющей большинство в законодательном собрании, я общаюсь, и с политическими партиями, которые не имеют большинства в законодательном собрании, и даже с политическими партиями, которые не представлены в законодательном собрании, тоже активно общаюсь. Просто мы как раз сейчас уже де-факто начинаем входить в некий период предвыборный. У нас в следующем году, помимо выборов в Государственную Думу, которые будут в начале 2011 года, в законодательное собрание региона, и в органы местного самоуправления, поэтому у нас весь следующий год сплошные выборы. Поэтому я и предложил как раз, когда у нас месяц назад был председатель ЦИК Чуров, создать этот общественно-политический совет именно как площадку для консультаций до того, как начнется собственно избирательная кампания. Потому что создавать комиссии и комитеты за честные выборы, когда уже выборы начались, на мой взгляд, достаточно бессмысленно. Поскольку каждая из партий уже определила свою стратегию, свою тактику приема, уже заказала, условно говоря, полиграфическую продукцию, на этом этапе договариваться о методах борьбы очень сложно. Поэтому я предложил как раз делать это в период, когда официальная избирательная кампания еще не началась, в то же время очевидно, что те события и те действия, которые мы обсуждаем, не могут не носить политический характер, в том числе и законопроекты, которые рассматриваются в регионе, те или иные действия правительства в области, которые рассматриваются, поэтому я предложил это делать на этой площадке, которую мы и создали.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, скажите, пожалуйста, ну ведь ни для кого не секрет, что существует правящая партия, что существует определенная уже система выборов в этой стране. Вы губернатор, вы вот сейчас делаете громкие заявления, Явлинский говорит о вашем мужестве, что вы делаете заявление обеспечивать максимально честные выборы, еще там многие люди вас всячески хвалят, Миронов отозвался о вас очень положительно. Вы сейчас вот делаете заявление про максимально честные выборы. А потом вы столкнетесь с ситуацией, когда вам уже будет не до максимально честных выборов, потому что – либо губернатор, либо честные выборы, что-нибудь одно. Вы не боитесь такой ситуации? Страна-то у нас с известной историей, правда же?

Н.БЕЛЫХ: Вот не боюсь. И сейчас постараюсь объяснить, почему не боюсь. Во-первых, Оль, я, наверное, лучше, чем кто бы то ни был, понимаю, что такое выборы, поскольку сам участвовал примерно – я посчитал – в 20 избирательных кампаниях различного уровня. Поэтому я четко понимаю, чего бы я хотел от органов исполнительной власти и субъектов федерации, если бы я участвовал в региональных выборах. Я считаю, что все или почти все на региональных выборах в законодательное собрание Кировской области я как губернатор в состоянии обеспечить. Другое дело, что, понятно, я не могу нарушать федеральное законодательство, то есть поэтому говорить о том, что драконовские законы о политических партиях, которые не позволяют общественному объединению перерегистрироваться в политическую партию, это не к этой кафедре.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, мы ж не о законах говорим.

Н.БЕЛЫХ: Вот я говорю сейчас именно о правоприменительной практике. Именно поэтому любые вопросы, которые касаются деятельности политических партий и общественных организаций, мы уже обсуждаем сейчас. И любая политическая партия в регионе, если она считает сейчас, что ей не дают возможности выступить, высказаться, какие-то действия предпринять, они уже сейчас обращаются ко мне, чтобы мы эти действия каким-то образом нивелировали.

В.РОМЕНСКИЙ: Подождите, я не понимаю. С одной стороны, вы говорите: «Я в состоянии создать все те условия, которые, как мне кажется, человеку, участвующему ранее в выборах, необходимы для того, чтобы все было в порядке, чтобы я действительно узнал, какое количество электората меня действительно поддерживает». С другой стороны, вы говорите, что есть люди…

Н.БЕЛЫХ: Володя, выслушай меня. Ты тогда или уже не приглашай губернатора в студию, если сам за него собираешься все рассказывать, или тогда выслушивай. Я сказал, что я понимаю, что бы я хотел спросить у губернатора, если бы я участвовал в выборах, что бы я мог попросить в качестве действий губернатора, если бы я участвовал в выборах в региональное законодательное собрание. Вот все, что я сам бы задал себе, если бы я участвовал в этих выборах, все или почти все я в состоянии обеспечить.

О.ЖУРАВЛЕВА: И вот сейчас вы этим как раз занимаетесь, и к вам обращаются те, кто участвует в выборах.

Н.БЕЛЫХ: Конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Скажите, пожалуйста, ну, про законы драконовские и менее драконовские все понятно. А как быть вот с такими вещами, как банальная разнарядка? Вы никогда не слышали о том, что губернатору звонит все тот же Владислав Юрьевич Сурков, ну или кто-то поменьше рангом, и говорит: «Старик, у тебя 75%. Как хочешь». Такого не бывает, Никита Юрьевич?

Н.БЕЛЫХ: Я с этим не сталкивался.

О.ЖУРАВЛЕВА: А если столкнетесь?

Н.БЕЛЫХ: Вот для этого я и приглашал Владислава Юрьевича, чтобы еще раз на месте объяснить о том, что я собираюсь проводить выборы честно, предоставив партиям равные права не только в соответствии с законом, но и в соответствии просто с текущей жизнью. Понимаете, тут еще ситуация в чем проблематичная? Очень мало кто реально себе представляет объективную ситуацию. Я, например, в силу своей работы, практически еженедельно анализирую социологические исследования, которые проходят. Поэтому я могу четко сказать, что есть, например, политические партии, которые относятся к оппозиционным, которые, даже если все им предоставить, не смогут преодолеть 6-процентного барьера, который у нас в законодательное собрание.

В.РОМЕНСКИЙ: Ну это какие партии?

Н.БЕЛЫХ: Секундочку. Я уж точно тебе, Володь, как губернатор не буду рассказывать тебе о социологических данных. То есть, если хочешь, провели их сам. Я говорю, что есть социология, которой я доверяю. Я понимаю тот политический расклад, который на сегодняшний день сложился из политических партий. Я понимаю, что он может быть принципиально изменен в случае активной избирательной кампании тех политических партий, которые участвуют, и, к сожалению, в случае использования разного рода таких запрещенных приемов. Я заинтересован в том, чтобы запрещенные приемы не использовались ни с той, ни с другой стороны. Вот и все.

В.РОМЕНСКИЙ: Понятно. Скажите, ну вот эта беседа с Сурковым. Начиная свое выступление, он сказал, что одна из целей его визита – это обсуждение тех преобразований, которые происходят сегодня в стране, в том числе в политической сфере. Тем не менее, читая вот эти все статьи, самая главная его идея, как я понимаю, была в том, что – ребята, если вы хотите следовать за этими преобразованиями и быть на волне, быть трендом, то вы должны сами меняться. Кроме этого, каких-то конкретных вещей сказано не было.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы здесь согласны с Владиславом Юрьевичем, что меняться нужно самим людям?

Н.БЕЛЫХ: Абсолютно согласен. У меня, извиняюсь, в аватарке в Одноклассниках написана фраза «Модернизацию начни с себя». И мы с вами здесь многократно обсуждали, что одна из особенностей нашего понимания модернизации заключается в том, что модернизацию должны проходить сами граждане, само общество и, естественно, сама власть. То есть модернизация – это не вопрос технического переоснащения того или иного завода и даже не замена лампочек накаливания на диодные, а это смена отношений людей. То же самое касается и политической системы. Абсолютно точно. И в этом плане я абсолютно согласен с тем, что говорил Владислав Юрьевич Сурков в этой части. То есть никаких сомнений в том, что для того, чтобы не просто жить и существовать, а работать в меняющейся системе, надо самому меняться, ну, мне кажется, с этим сложно поспорить.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я напомню, что для ваших вопросов есть еще и смс-лента – +7 985 970 4545, и, на самом деле, на сайте «Эха Москвы» перед эфиром тоже были заданы вопросы, хотя даже тема не была заявлена, но люди чувствуют тренд, как вы любите говорить. Вот пишет нам менеджер по развитию: «Я слышала, что на прошлой неделе в Киров приезжал Явлинский. Каковы Ваши впечатления о встрече?» Есть еще вопрос, разделяете ли вы точку зрения Суркова, высказанную им в ходе визита в Кировскую область, что политическая система в России представляет весь спектр общественных настроений. Как у вас там, представляет весь спектр общественных настроений? У вас все в порядке?

Н.БЕЛЫХ: Смотря что понимать под политической системой. Естественно, если говорить о парламенте как таковом, есть те общественные срезы и те сообщества, чьи интересы не представлены в региональном парламенте. Если говорить о политической системе в более широком смысле, о партиях и общественных организациях, которые присутствуют, то можно сказать, что и если и не все общество, то, во всяком случае, значительная часть у нас присутствует. Потому что в последние полтора года мы активную работу по поощрению гражданской инициативы, по развитию общественных организаций ведем. В этом плане есть общественные организации, создание которых мы просто инициируем своими руками, чтобы они могли действительно отражать точку зрения той или иной части общества. Поэтому я считаю, что да, у нас общественно-политическая система, во всяком случае в Кировской области, представляет из себя практически все настроения и все группы граждан и сообществ, которые существуют на территории Кировской области.

В.РОМЕНСКИЙ: Здесь я должен согласиться. На самом деле, я совсем недавно побывал в Кировской области, посмотрел…

О.ЖУРАВЛЕВА: Не только Явлинский и Миронов, конечно. И Роменский тоже был.

В.РОМЕНСКИЙ: Я как раз приезжал туда вместе со спикером Совета Федерации, с Мироновым, смотрел, как он общался с товарищем Белых, как они вместе ходили по улицам этого города, от самой главной площади до здания заксобрания. Как Миронов общался с депутатами. И действительно, каждый желающий мог вставать, задавать вопрос. Нету какого-то зажима или еще чего-то. Наверное, в российской Думе тоже многие кричат громко о том, как у нас все страшно, но, тем не менее, то, что я видел в Кировском заксобрании – депутаты действительно обращались к Миронову, и, что интересно, он обещал им помочь. Как он предлагал помощь свою: он говорил – «У меня есть почтовый ящик электронный, на него приходят письма. Я эти письма все сам читаю, поэтому вы мне можете писать». Кроме того, Миронов, если вы не знаете, как Никита Юрьевич, с недавнего времени начал вести свой Твиттер.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так что визит Миронова в вотчину Никиты Юрьевича Белых можно в Твиттере отследить. Никита Юрьевич вел трогательный дневник: куда пошли, что сделали, как все было.

В.РОМЕНСКИЙ: Мне сейчас интересно другое. Вот действительно, какие-то проблемы Миронову, тому же самому третьему человеку в государстве, обозначены были. Вы, Никита Юрьевич, считаете, что он как-то способен повлиять и их решить. Либо вот это вот «Пишите мне письма мелким почерком» было действительно такой отговоркой от страждущих и нуждающихся?

Н.БЕЛЫХ: Ну, смотря что понимать под решением проблемы. На самом деле, я считаю и очень надеюсь, что Сергей Михайлович мне поможет как раз в решении ряда вопросов своей поддержкой, потому что – понятно, Сергей Михайлович не является представителем исполнительной власти, которая принимает решения, касающиеся тех или иных объектов, тех или иных межбюджетных отношений…

В.РОМЕНСКИЙ: То есть лоббизм?

Н.БЕЛЫХ: Да, конечно. Совет Федерации как палата регионов – это, по сути своей, орган, лоббирующий регионы на федеральном уровне. Поэтому то, что он обещал оказать поддержку по тем вопросам, которые я ему обозначал, для меня дорогого стоит. Поэтому я очень надеюсь, что эта поддержка будет эффективной и полезной.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот вы уже говорили о том, что есть спектр партий, некоторые представлены в заксобрании, некоторые не представлены, в обществе все представлены, но вот давайте тогда еще и про Явлинского поговорим. Потому что это тоже партия, которая много где не представлена совсем, но она как-то так существует. У вас в Кировской области с Явлинскими лично и с его сторонниками какие-то есть взаимоотношения? Есть там у вас какая-нибудь ячейка?

Н.БЕЛЫХ: Ячейка, безусловно, есть. И более того – по-моему, три представителя этой партии входят в Общественную палату, которая была создана не так давно, где-то полгода назад. Естественно, представители партии «Яблоко» входят в этот общественно-политический совет, который был создан, и они участвовали в первом заседании, которое проходило вместе с Владиславом Юрьевичем Сурковым. Поэтому партия существует. И, собственно говоря, ее представители – люди уважаемые, достойные, концентрирующиеся на разных темах. Кто-то занимается вопросами малого и среднего бизнеса, кто-то чисто правозащитной деятельностью. Они есть. Они, собственно говоря, являются достаточно частыми участниками мероприятий, в которых участвую я. Поэтому мы друг друга знаем и общаемся. Что касается собственно Григория Алексеевича, то, понимаете, мы с Григорием Алексеевичем знакомы, дай бог, пять лет.

В.РОМЕНСКИЙ: Зачем он приезжал?

Н.БЕЛЫХ: Насколько я понимаю, у него в планах было посещение некоторых регионов. В том числе, когда его помощники, аппарат, спросили, не буду ли я возражать, если Григорий Алексеевич приедет в Кировскую область встретиться со мной, я сказал, что буду искренне рад этому, потому что…

О.ЖУРАВЛЕВА: Простите, а нужно у вас разрешения спрашивать, чтобы съездить в Кировскую область?

Н.БЕЛЫХ: Понимаете, тут очень сложно – встретиться без меня со мной.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, действительно, трудновато.

Н.БЕЛЫХ: Поэтому, естественно, мы с Григорием Алексеевичем очень мило пообщались. Нам было что вспомнить. «Они вспоминают минувшие дни…»

В.РОМЕНСКИЙ: Но Явлинский приехал с какой целью? Может, он с электоратом встречался, поскольку он не исключает, что будет принимать участие в президентской кампании? Может быть, он хотел посмотреть, действительно ли Никита Юрьевич такой великий либеральный губернатор, который у себя свободу развел?

Н.БЕЛЫХ: Ну, во-первых, он, естественно, встречался в разных форматах с представителями общественности, в университете встречался, в других форматах. Что касается посмотреть на великого либерального губернатора, как вы говорите, что на него смотреть? Мы с ним давно знакомы, и у нас нет необходимости визуально…

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну интересно же посмотреть, как вы работаете.

Н.БЕЛЫХ: А что интересно? Зайдите в интернет и увидите.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть вы хотите сказать, что это не пиар, это живая жизнь – то, что в интернете написано?

Н.БЕЛЫХ: Конечно. Собственно говоря, что касается того, о чем пишу я, да, это живая жизнь. И, собственно говоря, естественно, с Григорием Алексеевичем был вопрос по предстоящим выборам. Собственно, там я сказал, что я точно знаю, что не будет никаких действий, направленных на ущемление прав политической партии «Яблоко», точно так же, как и других политических партий. И там я сказал, что я заинтересован в том, чтобы провести в 2011 году на территории Кировской области честные выборы. Это та фраза, которую Григорий Алексеевич потом неоднократно повторял. И благодаря ему она стала такой широко популярной и растиражированной .

О.ЖУРАВЛЕВА: А скажите, а зачем вам-то нужны честные выборы? ну какой вам смысл в честных выборах? Вы будете свои обещания пытаться выполнить, все, что сказали Миронову, Явлинскому и всем прочим… зачем надрываться-то?

Н.БЕЛЫХ: Оля, есть принципы и ценности, в которых тактического смысла зачастую вы не найдете. С точки зрения тактики, поверьте мне, губернатор-диктатор имеет гораздо больший эффект, нежели губернатор-либерал. Потому что проблемы, которые стоят перед регионом, проще решать жестким административным путем, здесь и сейчас. А не создавать условия, при которых субъекты предпринимательской, гражданской и иной инициативы наконец-то смогут проблемы эти решить самостоятельно. Но еще раз говорю – именно поскольку это относится к числу моих ценностей и убеждений, я на это иду. Поэтому вопросы, связанные с проведением честных выборов, это один из элементов моих убеждений и моих ценностей.

В.РОМЕНСКИЙ: А для Суркова не кость в горле это?

О.ЖУРАВЛЕВА: Он вам там в приватном разговоре не делал намеков – дескать, Никита Юрьевич, сиди спокойно?

Н.БЕЛЫХ: При чем здесь намеки? Знаете, у нас с Владиславом Юрьевичем было много разговоров и до 2008 года. И поэтому мы, в общем, наверное, достаточно хорошо понимаем взгляды и ценности друг друга. И когда обсуждалась тема, связанная с моим губернаторством, все эти вопросы проговаривались.

В.РОМЕНСКИЙ: Проговаривались они с чьей стороны? с его стороны о том, как должно быть? Или с вашей стороны, на каких условиях вы согласны занять этот пост?

Н.БЕЛЫХ: Нет.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну вы сразу сказали «Нет, на это я пойтить никак не могу», и все, и Владислав Юрьевич согласился?

Н.БЕЛЫХ: Нет, ну мы уже, по-моему, Ольга, говорили об этом. Был набор разных встречных условий. Я говорил о том, что я не вступаю в «Единую Россию». Но ты не вступаешь ни в какую другую политическую партию. Тогда ты являешься беспартийным губернатором. И так далее. Поэтому то, что касается честных выборов, это является одним из элементов договоренностей. Я еще раз говорю, я заинтересован в том, чтобы выборы в регионе были действительно честными и прозрачными. Другое дело, что для того, чтобы это сделать, очень надо, чтобы этих честных и прозрачных выборов хотело само общество. А вот это как раз к вопросу о том, что…

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть если нам скажут, что выборы были нечестными, мы можем сказать, что общество подкачало, потому что Никита Юрьевич сделал все, что мог?

Н.БЕЛЫХ: Нет, именно поэтому Никита Юрьевич за два года до первых выборов объявил в качестве одной из своих задач работу с гражданским обществом.

О.ЖУРАВЛЕВА: И продолжает пламенно с ним работать.

Н.БЕЛЫХ: И продолжает пламенно с ним работать, да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я прошу прощения, уже в самом конце…

Н.БЕЛЫХ: Чтобы не говорить потом перед выборами – «Ах, видите ли, я не был готов к тому, что обществу это неинтересно». Вот интерес общества к выборам мы сейчас пробуждаем, и год назад, и ближайший год будем.

В.РОМЕНСКИЙ: А как можно договориться о том, что здесь играем честно? Ну кто будет играть честно в политику?

Н.БЕЛЫХ: Мы не играем. Мы говорим о выборах как о процессе. Мы говорим о том, что мы честно считаем. То есть мы говорим…

О.ЖУРАВЛЕВА: Честно вешаем плакат и честно показываем по телевизору. Дальше уже – сами виноваты.

В.РОМЕНСКИЙ: Я не понимаю, а зачем тогда с кем-то договариваться. Зачем нужен этот политический совет, если Никита Юрьевич говорит: «Мы честно вас будем показывать по телевизору, мы честно будем вешать плакаты, мы будем потом честно считать ваши голоса»?

Н.БЕЛЫХ: Володь, если Оля нам еще две минуты даст, то я могу объяснить.

В.РОМЕНСКИЙ: У нас есть 40 секунд.

Н.БЕЛЫХ: Дело в том, что в предвыборный период существует масса тем, особенно связанных с принятием бюджета, который очень легко могут быть инструментом популизма и предвыборным ходом для политической партии участницы выборов. И мы договариваемся о том, что – ребята, давайте все вопросы, связанные с вещами содержательного характера, обсуждать в рамках этого совета. Причем под камерой. Чтобы ваша позиция была четко заявлена. Чтобы потом ее использовать на выборах.

О.ЖУРАВЛЕВА: Все понятно.

Н.БЕЛЫХ: Видишь, Оля, все понимаешь.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну спасибо и вам на этом. «Что-то случилось с интонацией Никиты Белых, – пишет Саша из Санкт-Петербурга. – Она, в отличие от предыдущих понедельников, стала более вельможной». Я просто в оправдание Никите Юрьевичу скажу – у него просто болит горло.

В.РОМЕНСКИЙ: Он очень много плавал.

О.ЖУРАВЛЕВА: Бегал и разговаривал. Спасибо большое.

В.РОМЕНСКИЙ: Теперь – небольшая кировская игра.

Н.БЕЛЫХ: Вы знаете, кстати, Володя и Антонина, что Латвия очень тесно связана с Кировской областью.

В.РОМЕНСКИЙ: Чем?

А.САМСОНОВА: Как? Они граничат?

Н.БЕЛЫХ: Практически да. В Вятлаге было несколько тысяч латвийских заключенных, например, латышей, больше трех тысяч похоронено у нас. Потом, в Кировской области, точнее, в Вятской губернии, находился в ссылке в конце 19-го века Янис Райнис – наверное, наиболее известный поэт, писатель-латыш. И масса других исторических культурных связей, которые мы сейчас с Латвийской республикой всячески поддерживаем и развиваем.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, ну а перед тем, как мы перейдем к основной теме – Экономическому форуму, а также к сфере, которая создается для того, чтобы инвалиды не чувствовали себя ущемленными в вашей области, хотелось бы задать вопрос, который мы обсуждали только что со слушателями. Как, вы считаете – наверняка вы видели все эти новости, – стоит расценивать сегодняшнее заявление Германа Грефа в суде по второму уголовному делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева?

Н.БЕЛЫХ: Какое конкретно заявление? Я, честно говоря, отсматривал только новости, что он пришел и давал показания и сказал, что он дает показания не в пользу кого-то, а дает показания в суде.

В.РОМЕНСКИЙ: Но в суд он приглашается одной из сторон, так всегда бывает со свидетелями. Здесь его вызвали адвокаты, и сегодня он заявил, что ему неизвестно о хищении 350-ти миллионов тонн нефти. И если бы, по логике, это происходило, ему должны были доложить как министру. Как расценивать такие заявления?

Н.БЕЛЫХ: Я расцениваю действия и заявления Германа Оскаровича как действия и заявления человека культурного, порядочного, честного. То есть он же сказал – пришла повестка, и у меня как у законопослушного гражданина даже не может быть никаких сомнений, идти или не идти – естественно, я иду и даю показания. Все нормально, я считаю, что это как раз очень правильный шаг.

А.САМСОНОВА: Никита Юрьевич, еще маленький вопрос по Грефу. Это все-таки большой государственный человек, и как сегодня людям государственным, насколько им сложно публично или в суде высказываться по такому громкому делу, как дело Ходорковского? Это несет какие-то санкции? Или это абсолютно спокойно, безопасно, и любой государственный чиновник пойти в суд и сказать все, что он думает?

Н.БЕЛЫХ: Антонина, вот это тот случай, когда я честно должен сказать – не знаю. Потому что спрашивать, насколько это тяжело для большого государственного деятеля – давать показания по делу ЮКОСа в суде…

А.САМСОНОВА: Ну предположим, вас позвали…

Н.БЕЛЫХ: …не являясь большим государственным деятелем и не давая эти показания, очень сложно. Поэтому я исхожу из того, что если меня будут вызывать в суд по какому-либо из дел, навряд ли это будет дело ЮКОСа, поскольку никакого отношения не имел никогда, не сталкивался и не пересекался, то я, естественно, буду давать показания в соответствии с тем, что на самом деле было, потому что буду принимать на себя обязательство говорить правду и только правду.

А.САМСОНОВА: Если вам придет повестка, например, на дело ЮКОСа, вам нужно будет с кем-нибудь созваниваться, советоваться, или вы можете спокойно пойти и принимать решения самостоятельно?

Н.БЕЛЫХ: Повестку дает суд. Судебная власть является такой же ветвью власти, что законодательная и исполнительная.

В.РОМЕНСКИЙ: То есть вы просто приедете в Москву, пойдете в суд и будете рассказывать?

Н.БЕЛЫХ: Конечно. А какие у меня варианта?

А.САМСОНОВА: Понятно. Все, отстали с этим.

Н.БЕЛЫХ: Я, кстати, и вам рекомендую делать то же самое. Если вам придет повестка в суд…

А.САМСОНОВА: Я не государственный чиновник просто, мне проще.

Н.БЕЛЫХ: А судебная система является одним из элементов государства, поэтому государственный чиновник как раз должен быстрее, чем журналист, идти в суд и давать показания.

А.САМСОНОВА: То есть у нас все ветви власти абсолютно независимы друг от друга, в России?

Н.БЕЛЫХ: В соответствии с Конституцией, они независимы. Если государственный чиновник считает Конституцию основным законом, то он должен соблюдать то, что в Конституции написано. Вот и все.

В.РОМЕНСКИЙ: Понятно. Давайте все-таки к форуму от высоких материй перейдем. Никита Юрьевич, к вам такой вопрос. Вы на форуме сами не были, но за ним, я так понимаю, следили. Соответственно, считаете ли вы, что возможна модернизация страны без каких-то политических изменений? И что за чем должно следовать?

Н.БЕЛЫХ: Считаю, что нет. Считаю, что, во-первых, сама по себе модернизация является не продуктом политической реформы, а как модернизация предполагает определенные политические изменения. Если говорить о последовательности, о какой-то хронологии, то мне кажется, что модернизация начинается даже не с политических изменений или должна начинаться, а с изменений более глубоких и посему более тяжелых – с изменений ментального характера. Вот это то, о чем говорил и Дмитрий Анатольевич Медведев в своей статье «Россия – вперед», и другие люди. То есть это борьба с патерналистскими настроениями, это поощрение инициатив, это, собственно говоря, повышение гражданской активности. Политические изменения должны как раз следовать за этим. Потому что политические изменения невозможно сделать под копирку – давайте сделаем таким образом, и люди под это подстроятся. Люди в силу своей ментальности должны формировать потребность в этих политических изменениях. Пока, к сожалению, надо констатировать, что это отнюдь не очевидно. Почему, собственно говоря, и возникают разного рода дискуссии как раз в формате «Эха Москвы». Естественно, есть люди политически активные, с разной идеологией, но их доля, к сожалению, очень невелика. То есть, к сожалению, они не отражают общей массы населения, общественности. Подавляющему большинству – опять же, к моему глубочайшему сожалению – абсолютно фиолетовы те вопросы, о которых говорится. Хотя, конечно, если спросить: «Вы за свободу слова?» – «Да, я за свободу слова», скажет среднестатистический гражданин.

В.РОМЕНСКИЙ: То есть когда людям будем не наплевать на выборы и свободу слова, тогда, значит, выборы и свобода слова снова вернутся к нам?

Н.БЕЛЫХ: Да. Но когда речь идет о том, что он за эту свободу слова должен осуществить какие-то действия, выясняется, что он к этому явно не готов. И здесь речь идет не только и, может быть, не столько о выходе на какие-то там демонстрации, митинги, марши, но и, собственно, о любых других действиях, которые подчеркивали бы его активное желание способствовать развитию той же свободы слова, если уж мы о ней заговорили, и других норм, заложенных в Конституции.

А.САМСОНОВА: Никита Юрьевич, но если мы такой же вопрос зададим людям относительно экономической модернизации, относительно каких-то великих проектов типа «Сколково», им тоже абсолютно фиолетово.

Н.БЕЛЫХ: Абсолютно согласен.

А.САМСОНОВА: Но, тем не менее, власть сверху занимается экономической модернизацией и не занимается политической.

Н.БЕЛЫХ: Дело в том, что экономические механизмы более осязаемы, и тут это уже вопрос выставления неких приоритетов для руководителей страны. То есть если они считают, что управлением через такого рода инструменты, как «Сколково», как техническая модернизация, налогообложение, приватизация – кстати, Дмитрий Анатольевич говорил об этом в своем выступлении, то есть сокращение числа стратегических предприятий, остающихся в собственности у государства, то это означает их видение того, как можно способствовать процессу модернизации и ускорению. Если мы говорим о вопросах стратегического характера и об общественно-политическом секторе, то, конечно, надо говорить все-таки о формировании потребности в этих изменениях со стороны населения.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, один из вопросов, который к нам пришел: а вы вообще у себя в регионе модернизацию чувствуете? Она уже ведется?

Н.БЕЛЫХ: Она ведется в том понимании, о котором я говорил буквально несколько минут назад. Почему и для чего мы активно пытаемся работать (не всегда хорошо) с гражданским обществом? Почему мы поощряем разного рода общественные организации и разного рода общественные инициативы, даже если они в какой-то степени выливаются против нас или являются нашими оппонентами и критиками? Почему мы проводим – мы говорили достаточно подробно полгода назад на тему самообложения или программы поддержки местных инициатив? То есть все это те шаги и те процессы, которые способствуют формированию свободной личности, то есть человека, который сам действительно принимает решение о том, как ему жить дальше, как ему строить судьбу. Это наш вклад в борьбу с патерналистскими настроениями.

В.РОМЕНСКИЙ: Но говорят, что человек меняется не быстрее, чем растет дерево. То есть заметить изменения даже для самого человека очень тяжело. Но, тем не менее, может, у вас там пить меньше стали или курить бросают все поголовно? Вот такие у вас есть? Или у вас есть другая модернизация: люди чувствуют себя свободными, они уже не выходят на митинг, а приходят к вам и говорят «Никита Юрьевич, вот это достало, а вот это хорошо, а вот здесь давайте сделаем так»?

Н.БЕЛЫХ: Проблема в том, что изменения такого глобального характера, как изменения в образе мышления, в ментальности населения, это те процессы, результаты которых мы увидим даже не через 5, а скорее через 10-15 лет. Более того – когда люди почувствуют это сами, навряд ли они будут это связывать с деятельностью губернатора Кировской области 15 лет назад. Скорее они это будут считать неким естественным прогрессом в собственном развитии.

А.САМСОНОВА: Я просто хочу понять, а как вы пытаетесь свободных граждан выращивать, если у вас губернатора даже они не могут выбрать?

Н.БЕЛЫХ: Ну смотрите, я же никогда не скрывал своей позиции, и в том числе в эфире «Эха Москвы». Я считаю, что выборность губернаторов должна быть возвращена.

А.САМСОНОВА: А вас бы выбрали, если бы сегодня прошел референдум в Кировской области? Они бы вас выбрали или кого-то еще?

Н.БЕЛЫХ: Думаю, нет. Очевидно, те действия, которые приходится производить, будучи полезными и нужными, они носят характер непопулярных.

А.САМСОНОВА: Ну и как вы будете делать свободу в Кировской области, если вы уверены, что вас даже не выберут на нормальных честных выборах?

Н.БЕЛЫХ: Так меня не интересует вопрос краткосрочный. То есть делать ответственный выбор – это тоже штука, которой надо учиться. И проблема в том, что, на мой взгляд, к 2004 году, когда эти выборы были отменены, уже, собственно говоря, то обучение людей постепенно пришло, а как раз их отменили. То есть надо готовиться к тому, что если завтра объявят свободные выборы, то выберут в большинстве своем популистов, демагогов и так далее. Вот и все. Другое дело, что это не означает, что если проведут такие выборы, когда к власти могут прийти люди безответственные, от этого надо отказываться от системы в целом. Да, придется подождать 4-5 лет или 8-10, в зависимости от того, на какой срок избирается, и к тому времени будут уже действительно формироваться ответственные избиратели, которые будут избирать ответственных политиков.

А.САМСОНОВА: А пока народ дурак, маленький и выбирать не может.

В.РОМЕНСКИЙ: Ну это как раз то, о чем говорил Владимир Владимирович – что наша политическая система обогнала нашу страну, и после этого как раз были отменены губернаторские выборы. Давайте все-таки перейдем…

А.САМСОНОВА: Давайте к инвалидам.

Н.БЕЛЫХ: Стоп, секунду. Очень важный момент. Вы здесь передергиваете, сравнивая с тем, кто что говорил. Я еще раз говорю – я считаю, что в 2004 году не надо было эти прямые выборы отменять. То есть вот как раз к тому времени, имея за плечами 15-летнюю историю выборов, общество потихоньку научилось делать этот выбор ответственным и эффективным. Теперь, когда прошел уже достаточно большой период, для истории страны 6 лет – это период достаточно большой, от этого общество отвыкло, и я говорю, что при этом считаю правильным возвращение губернаторских выборов, прекрасно понимая, что за это возвращение придется заплатить – заплатить тем, что на выборах, которые будут объявлены завтра, изначально общество изберет людей, не очень ответственных, а тех, которые пообещают завтра решить все проблемы общества, которые существуют в экономической, политической и социальной сфере. Вот и все.

А.САМСОНОВА: Позиция понятна.

В.РОМЕНСКИЙ: Давайте все-таки к инвалидам. Никита Юрьевич, вот интересная все-таки новость. Вы, губернатор, сначала пытались отказаться от своей зарплаты, пытались-пытались, не дали вам. Хотели, как мэр Нью-Йорка, получать один доллар. Не получилось.

А.САМСОНОВА: Как Стив Джобс.

В.РОМЕНСКИЙ: Соответственно, что вы решили сделать? Я так понимаю, что на вашу зарплату уже построен первый пандус в Кировской области рядом с одним из кинотеатров, в котором проходят как раз киносеансы для инвалидов-колясочников. Это все так?

Н.БЕЛЫХ: Это все так. Давай вернемся еще на несколько шагов назад. Я действительно внес в законодательное собрание законопроект, который устанавливал бы мне как губернатору Кировской области на срок выполнения моих полномочий заработную плату, равную одному МРОТ. Законодательное собрание до сих пор данный законопроект не рассмотрело. То есть он не отозван из законодательного собрания. Он там находится. При этом в ходе консультаций, которые пришлось проводить в силу того, что внесение данного законопроекта вызвало бурю эмоций и реакций, причем не только на региональном уровне, но и на федеральном, мне всячески предлагали отказаться от этой идеи.

В.РОМЕНСКИЙ: Кто предлагал?

Н.БЕЛЫХ: Ну, в общем, те политические силы…

А.САМСОНОВА: Которым бы вы позвонили, если бы Белых пошел на процесс Ходорковского.

Н.БЕЛЫХ: Нет, я говорю сейчас про региональный уровень.

В.РОМЕНСКИЙ: Единороссы, в смысле?

Н.БЕЛЫХ: Ну, как ни странно, это была позиция, по которой все придерживались одинакового мнения.

А.САМСОНОВА: А кто на региональном уровне в Кировской области круче, чем вы? Кто вам может такое сказать?

Н.БЕЛЫХ: Да при чем здесь круче или не круче? Вопрос здесь в том, что этот закон должен быть принят законодательным собранием.

В.РОМЕНСКИЙ: Слушайте, мы не дойдем просто до инвалидов, я вот чего боюсь.

Н.БЕЛЫХ: Володь, тогда формулируйте тему вопроса соответствующим образом.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, вы хотели от этой…

Н.БЕЛЫХ: Вы спросили – это так или нет? вот я теперь говорю – это не совсем там. Первое: законопроект не отозван. Он существует. Раз. Второе. Цель данного законопроекта была в том, чтобы не только собственно заработную плату направлять на нужды инвалидов, но и начисления на фонд оплаты труда, которые существуют и которые сейчас уходят в том числе и в федеральный бюджет и к региональному бюджету никакого отношения не имеют. Поэтому, начиная с января-месяца всю свою заработную плату, которую получаю, она составляет 103 тысячи рублей, перечисляю в общества инвалидов, которые на эти деньги устанавливают пандусы, причем пандусы именно полноценные – с проектно-сметной документацией, со всеми техническими характеристиками, которые для этого требуются. Действительно, один пандус был установлен несколько дней назад у кинотеатра «Дружба», второй пандус, я думаю, будет в течение июня установлен у цирка. Ну а дальше я хочу провести публичную дискуссию о том, что делать дальше – или использовать какие-то инструменты помимо пандусов для создания более доступной среды для инвалидов, или вообще сформировать некий грантовый фонд и сами инвалиды пусть предлагают проекты, которые могут реализовываться за счет этого грантового фонда, ну или какой-то третий вариант, который будет предложен.

В.РОМЕНСКИЙ: Понятно. Никита Юрьевич, тем не менее, какая вообще ситуация с инвалидами? Если уж заговорили, давайте про колясочников. Вот мне просто одно интересно: бордюры существуют у вас в Кирове?

Н.БЕЛЫХ: Конечно, существуют, да.

В.РОМЕНСКИЙ: Пандусами оборудованы все те здания, которые должны быть?

Н.БЕЛЫХ: Нет.

В.РОМЕНСКИЙ: Ну просто я быстро погуглив в интернете, обнаружил такую штуку, что даже прокуратура признала, что отсутствие пандуса у кировочепецкой горадминистрации лишает инвалидов возможности лично обращаться к чиновникам. В самом Кирове пандусы есть в здании горадминистрации? Инвалиды могут прийти лично к вам?

Н.БЕЛЫХ: Лично ко мне могут. И мы встречаемся с инвалидами.

В.РОМЕНСКИЙ: Не, ну там пандусы есть у здания?

Н.БЕЛЫХ: Пандусы у здания областного правительства… Просто тут еще важный момент такой. С точки зрения работы непосредственной с инвалидами, областное правительство, так же, как и администрация президента, и Кремль, является не самым лучшим местом.

В.РОМЕНСКИЙ: Закон говорит о том, что должны быть пандусы.

Н.БЕЛЫХ: Володя, еще говорю, закон говорит о том, что все должно быть оборудовано пандусами – не оборудовано. Причем не только в Кировской области, но и во всех других регионах. Поэтому если говорить с точки зрения приоритетов, мы ориентируемся на следующую последовательность и иерархию ценностей: прежде всего должны быть оборудованы те объекты и те пункты, в которые инвалиды действительно обращаются и к которым они должны доходить. Вот в этом плане правительство области точно не является приоритетом. Потому что вопросов, по которым инвалиды приходили бы к губернатору или вице-губернатору, практически нет. Их контакты и взаимодействия осуществляются с представителями районных администраций. Поэтому наша задача – это сделать в районных администрациях прежде всего, если мы говорим о государственных учреждениях и органах власти. Естественно, то же самое касается и досуговых, общественных мест, поскольку тоже надо, чтобы было везде. Очевидно, что везде установить сразу не получится, поэтому должны быть те приоритеты, которые востребованы самими инвалидами.

В.РОМЕНСКИЙ: Ну, не знаю. Даже уже в ваших комментариях в вашем ЖЖ Ира Ясина, известный экономист, она тоже, к сожалению, инвалид-колясочник, и она уже вашу инициативу похвалила, говоря о том, что пандус установлен у здания кинотеатра. Опять же, вопрос, который приходил к нам на сайт – о том, что гораздо проще не потом достраивать пандусы, а чтобы они были с самого начала построены, поскольку это будет и дешевле, я так понимаю, и гораздо меньше будет всяких коррупционных проблем, с этим связанных.

Н.БЕЛЫХ: Володя, абсолютно согласен. То есть если ты предлагаешь снести все районные администрации, кинотеатры и построить их заново уже с пандусами, то, по-видимому, эта работа более трудозатратная и капиталоемкая. Поэтому, естественно, по новым объектам, которые строятся – построили от же театр кукол, и он уже оборудован пандусами и всеми необходимыми элементами.

А.САМСОНОВА: За последнее время в Кирове не построен ни один новый объект, в котором не было бы пандуса. Это правильное утверждение или ложное?

Н.БЕЛЫХ: Будем так говорить – объекты, имеющие общественное… Я не могу просто сейчас сказать точно за коммерческие объекты…

А.САМСОНОВА: Какое общественное значение? Почему инвалиды-колясочники должны подпадать под общественное значение?

Н.БЕЛЫХ: Еще раз говорю. Если мы говорим про объекты типа театров, других объектов, которые строятся за бюджетные деньги, где мы выступаем не только контролирующими органами, но и заказчиками, там да. Просто я говорю, что я не могу сказать за все коммерческие структуры, которые строились. Здесь частично это сделано, частично нет. Это как раз вопрос к тем надзорным функциям, которые осуществлялись как муниципальными, так и региональными и федеральными службами – почему этого не было сделано.

А.САМСОНОВА: А можно каким-то образом через закон обязать всех, кто строит коммерческие службы, магазины, делать пандусы?

Н.БЕЛЫХ: Это и так есть.

А.САМСОНОВА: То есть это достаточно просто контролировать?

Н.БЕЛЫХ: Конечно.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, тогда такой вопрос. По-моему, это делал мэр Сочи, похожая очень акция проходила в Москве. То есть мэр Сочи просто сел в инвалидную коляску и проехался по городу. И человек своими собственными глазами и своим собственным, я не знаю, каким, местом прочувствовал, как тяжело инвалиду-колясочнику искать место для того, чтобы съехать с бордюра или чтобы заехать просто на тротуар. Ведется ли какая-то работа по тому, чтобы такие въезды-съезды в том месте, где это необходимо, существовали?

Н.БЕЛЫХ: Володь, когда я говорил, а вы с Антониной переписывались, мягко скажем, не очень внимательно слушали, я как раз об этом говорил. Почему я считаю неправильным садиться в кресло и ездить самому – потому что даже если я буду находиться в кресле колясочника, я явно не самый репрезентативный колясочник и буду замечать именно те вещи, которые нуждаются в улучшении. И поэтому я сказал – когда мы достроим второй пандус сейчас к цирку, я после этого предлагаю самим инвалидам определить нашу дальнейшую стратегию действий за счет тех средств, которые я выделяю из собственной заработной платы, чтобы они сами выступили инициаторами – надо ли пандусы делать, нужны ли какие-то другие механизмы, чтобы среда была более доступной. Если да, то где. То есть сформировать грантовый фонд по поддержке инициатив инвалидов для создания более доступной среды. Вот это то, о чем ты говоришь. Я просто сказал об этом 10 минут назад.

В.РОМЕНСКИЙ: Нет, Никита Юрьевич, это я все слышал.

А.САМСОНОВА: Вы у нас еще шпаргалки отнимите, которые мы подготовили к эфиру.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, последний вопрос, буквально на 30 секунд, не больше, не меньше. Почему вы должны использовать грантовые деньги? Почему не хватает государственных?

Н.БЕЛЫХ: Потому что средств в бюджете не хватает не только на это направление, но и на многие другие. Бюджет дефицитен, к сожалению. Расходная часть бюджетов любого уровня, особенно если она будет выполняться в соответствии со всеми предписаниями, не будет покрыта никакими доходами. Вот и все.

В.РОМЕНСКИЙ: Это был «Дневник губернатора», в котором по традиции принимал участие Никита Белых, сегодня очень ярко отстаивающий свою позицию.

А.САМСОНОВА: Большое спасибо, это было очень интересно.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, спасибо вам большое.

В. РОМЕНСКИЙ: …и Ольга Журавлева. К нам присоединяется губернатор Кировской области Никита Белых, потому что наступило время для «Дневника губернатора». Никита Юрьевич, здравствуйте вам.

Н. БЕЛЫХ: Здравствуйте-здравствуйте.

В. РОМЕНСКИЙ: Вы как-то не так бодро настроены, как мы.

Н. БЕЛЫХ: Потому что у меня выходные были рабочие, в отличие от вас…

О. ЖУРАВЛЕВА: Вы не знаете, какие у нас были рабочие выходные.

Н. БЕЛЫХ: Где же вы так упахались-то?

О. ЖУРАВЛЕВА: Буквально здесь. Володя вчера здесь кувыркался с утра до вечера. Никиту Юрьевича мы в этой студии еще можем видеть при помощи сложных технических средств и при помощи ГТРК «Вятка», которой отдельное спасибо, они нам показывают изображение Никиты Юрьевича, немножко подсиненное, но, в принципе, симпатичное. Никита Юрьевич, у вас тоже ЕГЭ шагает по губернии. Точно так же, как и во всех остальных регионах, сегодня писали математику, какой-то настрой бодряцкий, в городе все вымерли, никого нет, все сдают экзамены, все пьют нервные капли. Есть ли жалобы, есть ли скандалы? Русский-то уже сдали вроде. Может быть, уже есть какая-то реакция? Как идет процесс в регионе?

Н. БЕЛЫХ: Процесс в регионе, с одной стороны, идет так же как в стране в целом, но с существенными отличиями вот в каком плане. Первое – он у нас идет уже значительно дольше, чем в целом по стране.

В. РОМЕНСКИЙ: С 2003 идет эксперимент у вас.

Н. БЕЛЫХ: Кировская область была одним из тех регионов, где эксперимент по ЕГЭ был введен раньше, поэтому каких-то истерик – а что это такое, с чем это едят, – их уже давно нет. Второе – я неоднократно говорил в эфире «Эхо Москвы» и готов это с большим для меня удовольствием сказать и сейчас: у нас результаты по ЕГЭ, так же как и по олимпиадам, так же как и по медалистам значительно выше, чем в целом по России, т.е. у нас уровень среднего образования, которое дается в школах, выше, чем среднероссийский. Это признают и Глебова, и Фурсенко. Поэтому если смотреть количество «стобалльников» и, наоборот, количество не сдавших экзамен… У меня есть данные по информатике, биологии, литературе.

В. РОМЕНСКИЙ: Какой процент заваливших?

Н. БЕЛЫХ: Доля учащихся, не сдавших ЕГЭ по информатике по России 7,2%, у нас 1,3%, по биологии по России 6,1%, у нас 1,2%, по литературе – 5%, у нас – 1%, т.е. где-то в 4-5 раз меньшее количество.

В. РОМЕНСКИЙ: Т.е. в Кировской области хватает компьютеров, для того чтобы дети так хорошо изучали информатику?

Н. БЕЛЫХ: Еще раз говорю, у нас среднее образование по всем дисциплинам очень неплохое. Мы, конечно, с большим интересом наблюдаем за теми дискуссиями, которые происходит по теме ЕГЭ. Но могу сразу сказать, что у нас это не является какой-то темой номер один, просто хотя бы в силу исторической причины. У нас уже пик популярности прошел. Действительно, ученики уже достаточно давно готовятся к сдаче единого госэкзамена и сдают его неплохо.

О. ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, тогда возникает вопрос, который мы уже неоднократно обсуждали. То, что у вас так хорошо сдают ЕГЭ и благодаря ЕГЭ они уже могут практически твердо знать, что туда-то и туда-то они уже прошли, могут поступить, у вас отток школьников из региона увеличился из-за этого для поступления в вузы в другие регионы, в столицы и так далее? У вас с 2003 года уже пошла какая-то динамика, статистика.

Н. БЕЛЫХ: У нас достаточно много учеников уезжают. С одной стороны, это, конечно, минус для региона, мы поэтому рассматриваем разные варианты. Мы о них говорили в том числе в нашей передаче, о том, как оставить этих выпускников отличников у себя, говорили в том числе про стипендиальную программу, которую запускаем со следующего учебного года. С другой стороны, это очень серьезно подстегивает наши региональные вузы к тому, чтобы бороться за каждого студента. Поэтому каких-то всплесков, связанных с этим введением ЕГЭ, у нас не наблюдается, но конкуренция вузов за ученика очень серьезно растет.

В. РОМЕНСКИЙ: В некоторых городах России уже зафиксированы случаи, когда подростки, школьники, выпускники действительно кончали с собой или пытались покончить с собой в преддверие госэкзамена. В Рособрнадзоре говорят, что с ЕГЭ это никак не связано.

О. ЖУРАВЛЕВА: Некоторая истерия все-таки присутствует так или иначе. Хотя я вполне допускаю, Володя, что какой бы ни был экзамен, можно так переволноваться перед этим экзаменом, особенно если тебе после несдачи или неуспешной сдачи светит, например, пойти в армию, или родители убьют, условно говоря, то можно перед каким угодно экзаменом себя вот так накрутить.

В. РОМЕНСКИЙ: Вы не видите связь здесь?

Н. БЕЛЫХ: Не потому что меня Минобр попросил что-то сказать, и не потому что я в хороших отношениях и с министром, и руководителем Рособрнадзора, я действительно считаю, что вот эта истерия вокруг ЕГЭ, она во многом искусственно созданная. Я сам сдавал обычные экзамены, я прекрасно помню, что были экзамены, к которым я был готов хуже и, соответственно, волновался больше, были экзамены, к которым объективно я был готов лучше и волновался меньше. Но от формы экзамена у меня никогда не было какого-то трепета. Ты или знаешь материал или не знаешь. Если ты пытаешься и обычный экзамен вытянуть на каких-то общих словах, фразах и прочее, это в конечном итоге ни к чему хорошему не приводит. Поэтому у нас, слава богу, каких-то эпизодов и эксцессов, связанных с обостренной реакцией либо учеников, либо их родителей на ЕГЭ, нет. Но еще раз говорю, я считаю, что и объективных причин для этого не существует не только в Кировской области, но и в России в целом.

О. ЖУРАВЛЕВА: Спасибо большое. Я напомню, что у нас губернатор Кировской области Никита Белых на связи из Кировской области. Приходят сообщения на смс +7-985-970-4545 под заголовком «Вопрос к губернатору». Мы обязательно их зададим, если вы будете писать, во-первых, до конца, во-вторых, подписываться. Может быть, покороче формулируйте, потому что концы мы не всегда можем прочесть. Вот те, кто задавали вопрос по Интернету, с ними всё понятно. Вот, например, вопрос, который связан сразу с двумя темами. Стасик, студент, Вятка-Казань (сам, видимо, из Вятки, но уже в Казани): «Почему в Кирове нет диссертационного совета по специальности 07.00.02

«Отечественная история»? Какой тогда смысл иметь два исторических факультета, плюс коммерческие вузы и филиалы, когда аспиранты даже не могут нормально защищаться. Еще бы школьники не уезжали!» Это, кстати, к вопросу о том, что вы сами буквально на днях ездили защищаться совершенно в другое место. Так почему же?

Н. БЕЛЫХ: Что характерно, по этой же специальности 07.00.02. Я действительно считаю, что в Кировской области есть потребность с объединением двух вузов, о которых говорит слушатель Стасик, – Вятский госуниверситет и Вятский Государственный гуманитарный университет. Более того, мы знаем позицию Министерства образования по данному вопросу, она также совпадает. Проблема в том, что это решение не может принять область. Высшая школа, соответственно вузы, они не находятся в ведении ни региона, ни муниципалитета. Это та система и та структура, которая финансируется и управляется исключительно в рамках федеральных, т.е., соответственно, получает деньги из федерального бюджета и управляется федеральным министерством. Тем не менее, поскольку такие разговоры ведутся, мы уже год на эту тему достаточно активно ведем переговоры. Так получилось, что у нас в июне происходят выборы ректоров и в том, и в другом вузе. Я думаю, что мы уже летом начнем обсуждать эту тему гораздо более плотно и гораздо более подробно.

О. ЖУРАВЛЕВА: А теперь, если можно, собственно о защите самого новоиспеченного кандидата. Господин Белых защитил у нас кандидатскую диссертацию по «Отечественной истории». Занимался он вопросом лагерной экономики, системой подневольного труда в СССР в 30-50-х годах. Пришел к выводу, что она была экономически неэффективна и много чего порушила… Это я так вкратце рассказываю содержание довольно крупной работы. Насколько успешно всё прошло? Как понравилось?

В. РОМЕНСКИЙ: И скажите, кто за вас писал работу.

О. ЖУРАВЛЕВА: Да. Может быть, рабы, негры у вас в кабинете, до сих за ногу привязанные, сидят.

Н. БЕЛЫХ: Первый тезис. Я темой ГУЛАГа и экономики ГУЛАГа занимаюсь уже лет восемь. А если быть точнее, то с 2002 года, когда вошел в состав попечительского совета Музея истории политических репрессий «Пермь-36». Если вы не в курсе, то сама система ГУЛАГа во многом берет начало именно из Пермского края, точнее со строительства Вишерского целлюлозного комбината в Перми, т.е. когда впервые для форсирования строительства был применен труд заключенных, которых специально прислали с соловецких лагерей.

Так получилось, что этой темой интересовался достаточно давно, но, к сожалению, в Перми, когда я там работал, больших архивов не было, они в основном касались уже более позднего периода – 60-х годов, когда пермские зоны функционировали в формате политических. Как раз и Сергей Адамович Ковалев, и Щаранский, и масса других персонажей современной общественной жизни и политики там находились, так называемые диссиденты и националисты. Понятно, что в их условиях труд носил совершенно другой характер.

По воспоминаниям этих заключенных, когда они день собирали утюги, а на следующий день они их разбирали. Понятно, что в этом плане оценивать эффективность труда бессмысленно. Там труд имел своей задачей ломку человека. А меня интересовала именно экономическая эффективность этого труда, поскольку в современной дискуссии о роли Иосифа Виссарионовича Сталина, в этом диспуте между сталинистами и антисталинистами есть два тезиса, которые очень активно используются теми, кто поддерживают сталинскую эпоху, притом что признаются массовые репрессии, притом что признаются многочисленные жертвы. Есть два тезиса. С одной стороны, великий полководец, выиграл войну. И второе, Сталин – великий менеджер, дал сильнейший толчок развитию экономики России.

По поводу Сталина, великого полководца, с одной стороны, отдельная тема, с другой стороны, много говорилось и говорится, особенно в преддверие празднования и после празднования 65-летия Победы. А вот по поводу экономической эффективности Сталина – это вопрос, к сожалению, мало изученный. Я исхожу из того, что эффективность менеджера определяется в том числе и эффективностью тех экономических механизмов и инструментов, которые он как менеджер использует.

Система ГУЛАГа по количеству задействованных людей и по тем объектам, которые строились, была одним из важнейших элементов народного хозяйства. Собственно говоря, в этой работе, которая получила наполнение цифрами именно в Кировской области, поскольку существовал Вятлаг… Причем эта система лагерей интересна тем, что она абсолютно репрезентативна, это все-таки не те лагеря, чей труд использовался для каких-то глобальных строек – БАМ, Норникель, которые даже трудно сравнивать…

О. ЖУРАВЛЕВА: А у вас классический лесоповал, если я правильно понимаю.

Н. БЕЛЫХ: Да, лесозаготовки, которые и в то время существовали в свободном виде, и есть возможность сравнивать эффективность свободного труда и эффективность труда подневольного, и существует сейчас в системе лесхозов, т.е. в системе лесного хозяйства, тоже можно использовать некие сопоставимые данные. И тут большой плюс – очень большой ведомственный архив, данные которого сыграли очень большую роль при написании этой диссертации.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вы сами ее написали, вывод такой.

Н. БЕЛЫХ: Да.

В. РОМЕНСКИЙ: Т.е. в архив вы ходили сами, стояли, ждали, потом вечером приходили.

О. ЖУРАВЛЕВА: Или, может быть, из архива вам на дом приносили?

В. РОМЕНСКИЙ: И вот вы сидели за компьютером и это всё печатали…

Н. БЕЛЫХ: Вот тот случай, когда можно было использовать административный ресурс, в частности, для запросов в архивах, поскольку к ним ограниченный доступ. Честно должен сказать, что немножко злоупотреблял своим положениям, получал доступ к той информации, которую в обычном режиме получить достаточно сложно. В результате этой работы очень четко показано, что эффективность труда подневольного значительно ниже, чем эффективность труда свободного, даже в целом в несвободной системе. Тут очень важный момент, поскольку понятно, Советский Союз в то время представлял из себя тоже особый строй, особый режим, сам по себе чистый свободный труд, наверное, рассматривать нельзя, но тем не менее… Когда мы смотрим, что на протяжении исследуемого периода – а это 15 лет, с 1938-го по 1953-й год – производительность труда не растет, притом что повышается уровень механизации, например, что себестоимость растет, притом что не изменяются другие качественные характеристики… Там масса других аспектов, которые сравниваются. Всё это, как мне кажется, является тем пусть небольшим кирпичиком в ту работу, которую я для себя считаю политически важной.

О. ЖУРАВЛЕВА: Всех зайцев убили – и экономических, и исторических, и политических.

Н. БЕЛЫХ: Я никого не убивал, в отличие от Сталина. Я считаю очень важным создать нормальную аргументированную почву, для того чтобы в конечном итоге настоящая, адекватная, государственная оценка того периода была сделана, и сделана не только на словах, но и закреплена соответствующими нормативными актами, чтобы в следующий раз не возникали вопросы, можно ли выносить плакаты со Сталиным или нельзя, можно ли вешать плакаты со Сталиным на улицах того или иного города или нельзя. Вот и всё.

О. ЖУРАВЛЕВА: Мы с Володей оба уткнулись в одно и то же сообщение: «Можно ли где-нибудь эту работу прочитать в Интернете?» – спрашивает Алекс из Тамбова. И сразу следующее сообщение от Владимира Крылова со словами: «Позор!!!», три восклицательных знака

В. РОМЕНСКИЙ: От Дианы из Саратова тоже вопрос: «Где можно скачать вашу работу?»

Н. БЕЛЫХ: Авторефераты находятся в открытом доступе. Авторефераты всех диссертационных работ, за исключением тех, которые защищаются в закрытом режиме (есть набор дисциплин, которые защищаются в иных режимах), находятся в свободном доступе. Я в Интернете сделал прием заявок на рассылку монографии. Я несколько десятков монографий рассылаю, в том числе к вам на «Эхо» прислал.

О. ЖУРАВЛЕВА: С автографом?

Н. БЕЛЫХ: Естественно. Венедиктову с автографом, Альбац с автографом и Болтянской с автографом.

О. ЖУРАВЛЕВА: А мы не заслужили.

Н. БЕЛЫХ: А вы не просили. Если, Оля, попросишь, я тебе тоже пришлю.

О. ЖУРАВЛЕВА: Хорошо. Попрошу, очень интересно.

Н. БЕЛЫХ: Договорились.

В. РОМЕНСКИЙ: Вы сказали, что в открытом доступе. Но где ее можно найти?

О. ЖУРАВЛЕВА: Ваш официальный сайт, страничка в ЖЖ? Как лучше?

Н. БЕЛЫХ: Можно через страничку в ЖЖ зайти, я там ссылку поставлю.

В. РОМЕНСКИЙ: Обещаете. Теперь давайте, наверное, к самому интересному, к тому, что 31-го числа…

О. ЖУРАВЛЕВА: Я, кстати говоря, поняла, какой переход. Только что Никита Юрьевич объяснял, что подневольный труд неэффективен. Поэтому те люди, которые предлагают всех несогласных собрать и отправить на лесоповал, они обречены на неуспех, потому что толку на лесоповале от несогласных, как выяснилось, не будет.

В. РОМЕНСКИЙ: В прошлый понедельник, сразу после «Разворота» я пошел на Триумфальную площадь и своим глазами видел, как разгоняют тех самых несогласных, которые пришли защищать 31-ю статью Конституции. Правда, было много людей, было очень много милиционеров, было очень много задержаний. Как это происходило в Кировской области?

О. ЖУРАВЛЕВА: Потому что там тоже было 31-е число, если я правильно помню.

Н. БЕЛЫХ: Задержания в Кировской области не происходили никак, их не было.

В. РОМЕНСКИЙ: Т.е. люди подали заявку на проведение акции…

Н. БЕЛЫХ: Люди подали заявку, им разрешили, они ее провели.

В. РОМЕНСКИЙ: Сколько было человек?

Н. БЕЛЫХ: По-моему, человек 10-15, может быть, 20.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. у вас все согласны.

Н. БЕЛЫХ: Не в этом дело. Причем у нас-то ведь не существует какой-то концентрации на теме именно 31-го числа. Хотят другие митинги – пожалуйста. Они проходят, никаких запретов по этому поводу, кроме объективно существующих, нет. Поэтому если вы посмотрите сами сайты тех организаций, которые проводят митинги, они так и пишут, что проблем с организацией пикетов, митингов в Кировской области последние полтора года не наблюдается.

О. ЖУРАВЛЕВА: За это время наблюдается какая-то статистика возникновения этих пикетов – их становится больше или, наоборот, меньше, многочисленнее, малочисленнее? Вы заметили? Что-то это поменяло?

Н. БЕЛЫХ: По количеству их, наверное, стало немножко больше, а по численности нет. Собственно говоря, количество людей достаточно постоянно, а количество акций… У меня есть данные по девятому году по сравнению с восьмым.

О. ЖУРАВЛЕВА: Небольшая статистика.

Н. БЕЛЫХ: В девятом году количество стало больше, а количество людей небольшое было.

В. РОМЕНСКИЙ: От одного из наших слушателей из Кирова пришло сразу несколько вопросов на наш сайт: «Никита Юрьевич, почему акция в поддержку 31-й статьи Конституции 31 мая в Кирове не была разогнана? Выборочное правосудие или ничтожность правонарушения?»

О. ЖУРАВЛЕВА: Это вообще не было правонарушение.

В. РОМЕНСКИЙ: Понятное дело, мы это уже слышали. «Если бы пришло людей не 10, а 100-200, акцию бы разгоняли? Как вы думаете, почему в Москве разгоняют, а в некоторых городах нет? Спасибо».

Н. БЕЛЫХ: Эти мероприятия у нас происходят как согласованные.

О. ЖУРАВЛЕВА: А если бы они были не согласованные? Давайте так вопрос поставим. Вы получаете информацию: они подали заявку на такое-то место, им отказал муниципалитет по каким-то своим, внутренним причинам. Ваши действия дальше.

Н. БЕЛЫХ: Секундочку. Во-первых, мы с муниципальными образованиями на эту тему достаточно подробно разговаривали. На сегодняшний день я не вижу тех примеров, которые можно было бы приводить, что пусть по каким-то пусть формальным, но на самом деле несодержательным обстоятельствам было отказано в проведении того или иного мероприятия. Когда, тем не менее, несанкционированные вещи случаются, когда кто-то, может быть, специально не подал заявку, в девятом году у нас такая ситуация была, там просто милиция предупредила людей, что они нарушают закон. До каких-то столкновений дело не доходило.

В. РОМЕНСКИЙ: Как вы думаете, почему в Москве разгоняют, а в некоторых городах нет?

О. ЖУРАВЛЕВА: Потому что в Москве хотят на Триумфальной? Или есть еще какие-то причины?

Н. БЕЛЫХ: Логично было бы этот вопрос адресовать руководству Москвы. Я соблюдаю закон.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вы совсем как Путин, правда.

Н. БЕЛЫХ: В Кировской области, если нет каких-то объективных нарушений и требований закона, то нет оснований для отказа.

В. РОМЕНСКИЙ: Уполномоченный по правам человека, говоря о том, что происходило в Москве, нашел целый ряд нарушений. На моих глазах он разговаривал с г-ном Мищенко, это лидер одного из проклемлевских молодежных движений, и он говорил Мищенко: «Товарищ, ты понимаешь, что тебе почему-то разрешили здесь, а им нет. Т.е. для тебя никаких проблем нет…»

О. ЖУРАВЛЕВА: Закон один.

В. РОМЕНСКИЙ: Да, закон один, а для них совсем другой.

О. ЖУРАВЛЕВА: На самом деле это всё тоже в рамках закона. Потому что те акции, которые проводят молодежные движения, нужно заявлять за 45 суток, а те, которые проводят несогласные, нужно за 15 суток. Поэтому они никогда не смогут победить один другого. Они проводят не политические акции, у них другой режим, другой регламент. Вот в рамках закона происходит сюрреализм на самом деле. Никита Юрьевич, получается, что в каких-то регионах, как ваш, например, есть один закон, а в каких-то регионах другой закон. И вроде везде всё законно.

Н. БЕЛЫХ: Закон один, и он одинаков для всех. Есть разное соблюдение этого закона, разная правоприменительная практика. Я еще раз говорю, не хочу ни в коем случае здесь комментировать, почему я считаю, что власти Москвы сделали так, а власти Санкт-Петербурга так не сделали. Я отвечаю за свой регион.

В. РОМЕНСКИЙ: А можно такой вопрос? Это сделали власти Москвы, или это сделали федеральные власти то, что произошло в Москве?

О. ЖУРАВЛЕВА: Чья инициатива в этой ситуации, как вам кажется?

В. РОМЕНСКИЙ: Т.е. Путин говорит: «Я умываю руки». Он же беседовал с Шевчуком, он говорит: «Юра, музыкант, дорогой, я здесь не при делах, это решают власти Москвы, все вопросы к ним. А вешу я 76 килограмм, и больше давить ни на кого в этой ситуации не буду, я не буду никому открывать глаза, что людей можно не бить дубинками, можно не ломать руки в отделениях милиции».

Н. БЕЛЫХ: Володя, я очень ценю твой порыв. Я просто пытаюсь понять, в чем вопрос мне. С точки зрения принятия решений в Кировской области, эти решения принимают муниципалитеты.

О. ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, давайте так сформулируем. В вашей ситуации, допустим, муниципалитет что-то запретил, что-то милиция разогнала, произошли какие-то столкновения. Дальше вы каким-то образом на себя берете за это ответственность как губернатор?

Н. БЕЛЫХ: Конечно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Будете разбираться в этом?

Н. БЕЛЫХ: Естественно. Я, как губернатор, в любом случае несу ответственность за то, что происходит. Я очень часто в дискуссии пытаюсь четко развести, где зона деятельности муниципалитетов, где области, где федерации. Но в конечном итоге, если происходят какие-то эксцессы, ответственность несет губернатор, и никто с него эту ответственность не снимает.

В. РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, а то, что происходило в Москве, это нормально?

Н. БЕЛЫХ: Нет.

В. РОМЕНСКИЙ: Или вы все-таки противник таких мер?

Н. БЕЛЫХ: Странно. Ты, может быть, забываешь, что и меня дубинками били и в КПЗ засовывали, причем как в Санкт-Петербурге, так и в Москве.

О. ЖУРАВЛЕВА: Приезжайте к нам по 31-м числам.

В. РОМЕНСКИЙ: Второй момент. Вы говорите, что у вас люди, которые выходили на площадь, на улицу, они выходили в знак солидарности с теми. Соответственно, к вам вопрос, который пришел нам на смс: «Вопрос губернатору. Почему вы не присоединяетесь к «Маршу несогласных» у себя в области?» Вы сказали Познеру, что не отказываетесь от своих демократических убеждений.

Н. БЕЛЫХ: Всё правильно. Поэтому я свои демократические убеждения проявляю в том, что я открыто, в том числе и в эфире «Эхо Москвы», заявляю о том, что я считаю, что в любом регионе, не зависимо от того, Москва это, Санкт-Петербург или Кировская область, должны соблюдаться свобода слова и свобода собраний.

О. ЖУРАВЛЕВА: Спасибо большое. Губернатор Кировской области Никита Белых был у нас на связи. «Дневной разворот» продолжится.

Губернатор Кировской области Никита Белых недавно защитил кандидатскую диссертацию на тему «Особенности формирования и функционирования лагерной экономики в 1938–1953 годах (на материалах Вятлага)». Белых рассказал Slon.ru, зачем он взялся за эту тему и к каким выводам пришел.

– Почему вас заинтересовала тема экономики ГУЛАГа?

– Этой темой я стал заниматься с 2002 года, когда вошел в состав попечительского совета Музея истории политических репрессий и тоталитаризма «Пермь-36». Дело в том, что именно в Пермском крае и зародилась лагерная экономика как таковая. До этого труд заключенных использовался исключительно для нужд самого лагеря, а в 1927 году Эдуард Берзин, руководивший строительством Вишерского целлюлозно-бумажного комбината, попросил прислать ему 2000 заключенных с Соловков. С этого и начинается история использования лагерного труда в советской экономике.

– А к Кировской области эта тема имеет какое-то отношение?

– Самое прямое. Во-первых, в Кирове остался отличный архив по Вятлагу, где можно собрать много ценных документов. Во-вторых, заключенные Вятлага занимались лесозаготовками, а это для экономических исследований удобный объект. Ведь когда заключенные строят какой-нибудь объект вроде БАМа, оценить его экономическую эффективность сложно, а когда речь идет о лесхозе, то можно попросту сравнить его производительность с аналогичным лесхозом, но использующим свободный труд.

– Так и что же эффективнее?

– Собственно, главная идея моей работы и есть в том, чтобы показать, что свободный труд намного эффективнее. В исследуемый период, с 1938-го по 1953-й год, производительность труда в Вятлаге не повысилась: при том, что появлялись новые технологии, себестоимость производства росла. У заключенных не было стимула работать эффективно. Кроме того, Вятлаг – хорошая иллюстрация того, как в закрытой системе процветает коррупция, повсеместно практикуются приписки и так далее. Кстати, показательно то, что государство отлично осознавало неэффективность подневольного труда.

– Эта тема как-то актуальна для сегодняшнего дня?

– Изначально она, конечно, историческая. Но на защите я упоминал о том, что она актуализировалась в связи с поднявшейся дискуссией о роли Сталина. Два главных аргумента со стороны любителей Сталина – это то что он-де выиграл войну и то, что он был, что называется, «эффективный менеджер». По поводу реальной роли Сталина во Второй мировой войне написано много литературы, и тут я не самый большой специалист. А вот по поводу эффективности «менеджмента» в диссертации можно найти много чего интересного.

– А как экономическая модель, вы считаете, лагерный труд представляет интерес?

– Пожалуй, с экономической точки зрения эта модель может хорошо иллюстрировать разницу между ростом и, что называется, «устойчивым ростом». Как известно, «устойчивый рост» определен ООН как рост, который не идет в ущерб будущим поколениям. Да, подневольный труд дает какие-то преимущества в смысле мобилизации ресурсов. Ну кто бы поехал добровольно строить Вишерский ЦБК – там же болота, мошкара. Но вот прошли годы, и стало понятно, что когда строительство происходит из-под палки, а не вырастает естественным образом из-за рыночного спроса, объекты вскоре могут стать неэффективными и ненужными. Можно построить, конечно, завод где-то далеко в лесу, куда будет вести одна узкоколейка. Но потом может оказаться, что спроса на его продукцию нет, и все хозяйство вокруг него придет в упадок, люди начнут уезжать, область станет депрессивной. Получается, что такое строительство, хоть и повышает ВВП на какое-то время, но не относится к устойчивому росту.

– Вы собираетесь продолжать исследование в этой области и писать докторскую?

– Для того, чтобы эта тема переросла в докторскую диссертацию, мало просто добавить материала. Надо тогда поднимать всю историю лагерей в Советском Союзе, изучать архивы в разных регионах. Понятно, что у меня нет проблемы с доступом к архиву Вятлага, но вот разъезжать по разным городам и собирать материал для докторской – это долгая и большая работа, времени у меня на нее нет. Я вообще несколько удивлен тем вниманием, которое вдруг привлекла моя диссертация. Уже вот предложили писать учебник для старших классов по сталинской экономике. Я не чувствую тут себя достаточно компетентным все-таки.

– Вы будете делать книгу на базе диссертации?

– Я уже выпустил небольшой тираж, 200 экземпляров, подарю Чубайсу, Венедиктову, но массовый тираж не планирую. Тема хоть и интересная, но не настолько, чтобы привлечь массового читателя.

Роман Доброхотов

http://slon.ru/articles/402618/

Н.БЕЛЫХ: Добрый вечер.

В.ПОЗНЕР: Напоминаю вам, что Никита Юрьевич был в течение нескольких лет лидером оппозиционной партии СПС, чем, собственно, и стал известен в стране. Ну а теперь является частью власти. И конечно, это же и предопределило многие вопросы, которые пришли на сайт Первого канала, это вас вряд ли удивляет. Позвольте я вас ознакомлю с теми наиболее интересными вопросами, которые пришли. Они не все об этом, но все-таки. Хочу еще объяснить вам, уважаемые зрители, что вот это, то, что вы у меня видите здесь, – это результат спортивной травмы, ничего интересного в этом нет. Я свалял дурака и в результате некоторое время буду ходить с этой штукой. Итак, Андрей Лабазюк: «В вашем «Живом журнале» от 13 мая 2010 года написано: «Случилось то, чего я и опасался, когда учил сына играть в покер. Он научился блефовать». Вопрос первый. Зачем учили, если боялись? Вопрос второй. Как вы считаете, человек, который живет в современном мире, не должен уметь блефовать?»

Н.БЕЛЫХ: Поскольку речь идет о ребенке, которому 7 лет, то к его увлечениям карточными играми я относился и отношусь с некоторой настороженностью. Сначала он увлекся математикой, начал играть в шахматы, а потом как-то перешел на карточные игры. Поэтому я с очень серьезным вниманием и в то же время опасением отношусь к тому, как он играет.

В.ПОЗНЕР: Но вы его учили играть сами-то ведь?

Н.БЕЛЫХ: В какой-то момент он уже меня начал учить. И во всяком случае в покере пока он ведет.

В.ПОЗНЕР: Умеете блефовать?

Н.БЕЛЫХ: Я умею. И, может быть, опасался того, что этому научится и сын. То есть вот он научился.

В.ПОЗНЕР: Этот вопрос я вам задам в вежливой форме и в резкой форме. Коля Татаринов: «Почему вы согласились на пост губернатора? Вы же были в оппозиции и критиковали Путина». Моисей Сэер, как он пишет, из Аризоны: «Уважаемый господин Белых, широко распространено мнение, что вас «купили» губернаторской должностью. Не могли бы вы это прокомментировать?»

Н.БЕЛЫХ: Я понимаю, чем вызваны эти вопросы. Существовало еще в Древнем Риме такое правило: post hoc ergo propter hoc, то есть «после этого значит по причине этого». Так получилось, что мой уход из публичной партийной политики состоялся за несколько месяцев до того, как мне было предложено возглавить Кировскую область. На самом деле это явления друг с другом абсолютно не связанные. То есть решение о том, чтобы закончить свою партийную политическую карьеру, я принял совершенно осознанно после того, как в 2007 году партия потерпела сокрушительное поражение на выборах. Причем тем методам, которыми с партией боролись, я думаю, наверное, не одна политическая партия не могла бы противостоять. Началось очень серьезное брожение внутри партии, поскольку люди в конечном итоге все равно участвуют в партии, а не в общественной организации, для того чтобы участвовать в выборах. Стали и люди покидать политическую партию, и те, кто на протяжении определенного времени были участниками в финансовом плане, там, фандрайзерами партии, стали отходить. И получилось так, что на протяжении последних, наверное, нескольких месяцев я, собственно, содержал партию самостоятельно. И когда ты начинаешь понимать, что объединение оппозиционных сил не получается… Если вы помните, как раз в 2008 году была сделана еще одна попытка объединения оппозиционных сил. Оно не происходит. И при этом достаточно активно продвигается идея о создании партии такого, что называется, прокремлевского характера. То я для себя принял решение, что я слагаю с себя полномочия и пост руководителя партии и сказал публично о том, что я перестаю заниматься политической деятельностью.

В.ПОЗНЕР: Это понятно. Вот что менее понятно. Вы рассказываете о том, что методы борьбы против возглавляемой партии. Это та самая власть, частью которой вы являетесь. Как вы внутренне сделали этот шаг? По идее, это должно было вызвать у вас такое чувство отвращения (на мой взгляд, по крайней мере) к этой власти, что как вы могли все-таки согласиться на предложение войти в нее? Все-таки губернатор – это же не последний человек.

Н.БЕЛЫХ: Вы знаете, я уже говорил однажды о том, что мое отношение к власти сильно не поменялось за это время. Я, действительно, власть как недолюбливал, так и недолюбливаю. Другое дело, что, находясь в таком положении, у тебя может быть два выбора. Первый – сказать, что все, я не хочу ничего общего иметь с этой властью, и дистанцироваться от любых проявлений. Но тут уже начинают возникать очень сложные вопросы: «А ты платишь налоги как налогоплательщик, ты власть тем самым поддерживаешь или не поддерживаешь?»

В.ПОЗНЕР: Да, поддерживаешь.

Н.БЕЛЫХ: «Ты соблюдаешь определенные правила и законы повседневного быта, ты этим самым легитимизируешь эту власть и те нормативные акты, которые она принимает, или нет?» Поэтому для чистоты эксперимента для того, чтобы совсем отказаться от взаимодействия с властью, надо покинуть страну. И тогда сказать, что «да, я не хочу ничего общего иметь с государством, не хочу ничего общего иметь с властью». Либо второй вариант: все-таки взять на себя ответственность за попытку модернизации хотя бы этой системы. И в этом плане то предложение, которое поступило, я рассматривал именно в таком ключе. И те разговоры, которые у меня были и с председателем правительства, и с Президентом, как раз и строились в ключе: ну вот попробуй все то, о чем ты говоришь, реализовать именно в регионе и сделать, как ты считаешь правильным с точки зрения демократического устройства, с точки зрения экономики, с точки зрения социальной политики.

В.ПОЗНЕР: Я не могу не спросить. А если вы убедитесь в том, что не получается, ничего из этого не получается, вы уедете из страны?

Н.БЕЛЫХ: У меня нет ответа на этот вопрос. Я надеюсь, что будет получаться. И те шаги, которые сейчас предпринимаю, я считаю, что все-таки имеют свое положительное влияние.

В.ПОЗНЕР: Александр Иосифович Малкиель: «Вы были в гуще праволиберальных сил, поработали лидером СПС, а теперь губернатором. Изменились ли ваши взгляды? Какова их динамика и в какую сторону? Удается ли, оставаясь демократом, успешно сотрудничать с властью? И какова степень компромиссов?» Можете дать какой-то общий ответ на это?

Н.БЕЛЫХ: Удается. Я еще раз акцентирую внимание на том, что своих взглядов я не поменял. Я как был, так и остаюсь приверженцем либеральных и демократических взглядов как с точки зрения государственного устройства, так и с точки зрения экономики. И я считаю, что это та модель, которая действительно способна вывести Россию на другой уровень, на уровень конкурентоспособной державы, на уровень той самой новой России, модернизированной, о которой в последнее время так много говорят.

В.ПОЗНЕР: Вопрос от Андрея Александровича: «За период вашей работы на посту губернатора Кировской области вы приняли несколько «непопулярных» в народе решений об увеличении ставок транспортного налога и налога на имущество физических лиц. А какие еще вы видите источники к пополнению областного бюджета кроме налоговых отчислений?

Н.БЕЛЫХ: Работа губернатора, к сожалению, предполагает принятие в том числе и непопулярных решений. И я считаю своим долгом эти решения обосновывать. И я думаю, что, наверное, были и вопросы, если говорить о жителях Кировской области, по поводу моих многочисленных общений с людьми. Так вот, если просто сделать анализ, половина из них как раз касается именно непопулярных решений. Я действительно считал, что одна из ошибок, которая была допущена в девяностые годы, это слабая, как бы сейчас сказали, информационная политика. То есть то, что многие решения, многие действия, которые предпринимались, не находили не то что понимания, они не должным образом сопровождались с информационной точки зрения, не разъяснялись в конечном итоге. Поэтому, если говорить, отвечая на вопрос по экономике региона, конечно, надо говорить о развитии предпринимательской активности, о повышении инвестиционной привлекательности региона. И это те шаги, которые и сейчас делаются. Просто те решения, о которых задается вопрос, действительно непопулярные, но, я абсолютно убежден, нужные, в том числе и для того, чтобы экономика региона развивалась.

В.ПОЗНЕР: Но вы считаете, что это либеральные решения?

Н.БЕЛЫХ: Либеральные решения не только заключаются в том, что снизить все налоги и сократить все государственные расходы, да? То есть налоги должны быть обоснованными, налоги должны быть справедливыми. С этой точки зрения я считаю, что те решения, которые мы принимали, действительно правильные. Потому что тот, кто задает вопрос, не формулирует: «А какие были ставки этого налога?» Это были одни из самых низких ставок. Поэтому на сегодняшний день те ставки, которые и по налогу на имущество физических лиц, и по транспортному налогу, продолжают оставаться на уровне среднероссийских.

В.ПОЗНЕР: Есть вопросы, разумеется, от жителей вашей области. Валерий Алексеевич Прокашев пишет так: «Пусть он у Познера про дороги наши расскажет, про налог транспортный, который выше, чем в других регионах. Про воровство леса, о котором даже по РТР в «Спецкорре» рассказывали, про то, как зама его областное ФСБ за взятку в 20 миллионов рублей прищучило. Про тот же лес. Про то, как он вопрос экологии решать не хочет». Какой-то довольно отрицательный перечень.

Н.БЕЛЫХ: По пунктам пойдем?

В.ПОЗНЕР: Отвечайте на то, что вы считаете важным.

Н.БЕЛЫХ: Во-первых, еще никто этот самый повышенный транспортный налог не заплатил. Те решения, которые были приняты, будут касаться платежей, которые граждане будут делать в конце 2011 года. Тем не менее, как вы понимаете, негатив существует сейчас. При этом дороги мы начинаем ремонтировать уже сейчас, не получив еще тех самых денег, которые ожидаем получить от транспортного налога, просто банально взяв кредиты под будущие поступления от этого налога. Поэтому, действительно, дороги находятся в отвратительном состоянии, точно так же, как они находились последние 10-15 лет. Но, видимо, в силу того, что не было возможности таким образом обратиться к Владимиру Владимировичу Познеру, решили это сделать сейчас. Что касается вопросов, связанных с лесной тематикой, то по этому поводу уже мы подготовили письмо как раз и на «Специального корреспондента», поскольку та информация, которая представлена, мягко скажем, не соответствует действительности. Как раз в сфере лесных отношений у нас наблюдается положительная динамика. Те уголовные дела, о которых здесь идет речь, во-первых, тоже они не касаются ни моих заместителей, ни кого бы то ни было. Они на сегодняшний день никак не доведены, то есть не подтверждены. Поэтому думаю, что обсуждать их можно будет в случае, если будет решение суда, и тогда можно будет об этом говорить. А что касается экологии, то не далее как три дня на Президиуме Госсовета у Президента как раз вопросы экологии поднимал я.

В.ПОЗНЕР: Скажите, пожалуйста. Вот «Специальный корреспондент», программа РТР – это клевета?

Н.БЕЛЫХ: Я думаю, что это попытка представить прежде всего федеральный орган Рослесхоз как орган, который некомпетентно управляет лесным хозяйством. Там, если вы видели эту передачу, было взято…

В.ПОЗНЕР: Нет, не видел.

Н.БЕЛЫХ: Там было взято в качестве примера несколько регионов, в том числе и Кировская область. Поэтому я не хочу сейчас вдаваться в вопросы взаимоотношений Рослесхоза с другими федеральными органами, в том числе и правоохранительными. Но те факты, которые приведены в отношении Кировской области, не соответствуют действительности.

В.ПОЗНЕР: Судиться будете с ними?

Н.БЕЛЫХ: Пока направили письмо. Посмотрим, какая будет реакция.

В.ПОЗНЕР: Не исключено, да?

Н.БЕЛЫХ: Не исключено, конечно.

В.ПОЗНЕР: Хорошо. Евгений Иванович Перминов: «Расскажите о ситуации с вашим заместителем Карнауховым, который курировал блок антикоррупционных вопросов в областном правительстве. Он переведен на другую работу, потому что: 1) коррупция в Кировской области побеждена и Карнаухов свое дело сделал; 2) коррупцию в Кировской области никогда и никому не победить, поэтому Карнаухов, как и любой другой, здесь не нужен; 3) коррупцию в Кировской области не смог победить именно Карнаухов, а другие работники непременно победят; 4) о коррупции в Кировской области нужно говорить только с профессионалами, и поэтому обсуждать ситуацию с Карнауховым вы здесь не будете?» Такой иронический несколько. Что там, действительно?

Н.БЕЛЫХ: Пятый вариант ответа. Человек приехал из Москвы, и сейчас по личным обстоятельствам он должен вернуться в Москву, я не хочу вдаваться в подробности. Он остается работать в команде в качестве заместителя, но как раз курирующий работу в Москве. То есть есть представительство в Москве созданное и есть работа, связанная с федеральными органами, и эту работу он ведет.

В.ПОЗНЕР: Вы, конечно, понимаете, что, когда вы говорите «по обстоятельствам» и так далее, наш зритель подозрительный говорит: «А, да-да, знаем мы какие». Вы же понимаете.

Н.БЕЛЫХ: Именно поэтому Сергей Сергеевич провел большую пресс-конференцию, встречу с журналистами в Кировской области, для того чтобы подробно это разъяснить. Я не думаю, что, допустим, для жителей Приморья это является чрезвычайно важным и интересным.

В.ПОЗНЕР: Это человек вашей команды?

Н.БЕЛЫХ: Да, это человек, который работает моим заместителем. Работал и работает.

В.ПОЗНЕР: Так, хорошо. Арсен Рафаэлович Тыванян: «Вы неоднократно заявляли, что курите дорогие гаванские сигары, пьете хороший коньяк и ходите в ночные клубы. Вам не кажется, что такие заявления оскорбительны для населения Кировского края, где средний доход на душу населения – 4,5 тысячи рублей?»

Н.БЕЛЫХ: Значит, первое. Я не пью не то что дорогой коньяк, я не употребляю спиртного вообще.

В.ПОЗНЕР: С недавнего времени.

Н.БЕЛЫХ: С недавнего времени, а если быть точнее, с 1 января 2010 года. Это раз. Второе: я действительно курю сигары, но при этом называю это своим пороком, а отнюдь этим не хвастаюсь. Это два. Третье: я не посещаю ночные клубы ни в Кировской области, ни где бы то ни было.

В.ПОЗНЕР: Это правильная зарплата – в среднем 4,5 тысячи на душу населения?

Н.БЕЛЫХ: Ну конечно, нет. Средняя заработная плата – порядка 11,5 тысячи рублей, поэтому данные… Ну, все же зависит от постановки вопроса, от настроения человека.

В.ПОЗНЕР: Естественно. Последний вопрос, который пришел на сайт. На мой взгляд, довольно интересный. Он от Николая Анатольевича: «Вам не кажется, Никита Юрьевич, что в обществе все больше тают надежды на перемены? Очень много слов, но нет результатов, нет системных изменений. Порой наблюдается явный саботаж. Реформа МВД проводится вяло, контрактную армию, похоже, уже не будут создавать. Со следующего года существенно увеличивают налоговую нагрузку на бизнес вместо обещанного уменьшения. Ряд можно продолжать. Общество теряет веру, пропадает надежда. Все больше моих знакомых поговаривают, что надо уезжать из страны хотя бы в Беларусь – там хоть все предсказуемо». Что скажете этому человеку?

Н.БЕЛЫХ: Я считаю, что надо верить, но эта вера не должна быть пассивной. Мне кажется, что одна из важнейших проблем, которая существует у нас, это, действительно, вопрос доверия, причем как общества к власти, так и власти к обществу, а также бизнеса к обществу, бизнеса к власти и, соответственно, власти и общества к бизнесу. Но было бы неправильным думать, что решить проблему доверия можно только односторонними действиями власти. Это дорога с двусторонним движением. Вот абсолютно точно, и я по этому поводу неоднократно высказывался, в том числе, может быть, не очень лицеприятно для институтов гражданского общества. Это дорога с двусторонним движением. Если мы хотим повысить уровень доверия, то это не должны быть какие-то заявления, или нормативные акты, или даже действия только со стороны власти. Общество также должно идти в этом направлении, общество также должно быть соучастником тех самых процессов, о которых пишет уважаемый слушатель, уважаемый зритель, а не просто стоять в стороне в качестве наблюдателя за тем, что там будет происходить, каким образом власть сейчас какие действия предпримет для того, чтобы ему жилось лучше. Поэтому вот какие формы этого движения навстречу, какие шаги должен сделать каждый конкретный человек, он должен решить сам.

В.ПОЗНЕР: На этом завершаются наши вопросы с сайта, наш vox pop, как мы его называем. Поэтому чуть-чуть потерпите, сейчас будет реклама, и потом мы продолжим уже интервью.

ВТОРАЯ ЧАСТЬ

В.ПОЗНЕР: Никита Юрьевич, я с некоторым удивлением узнал, что в 1991 году, когда вам было 16 лет, вы поступили одновременно на два факультета Пермского университета – экономический и юридический.

Н.БЕЛЫХ: Да.

В.ПОЗНЕР: Это как понимать? То ли вы не могли решиться? Вообще даже не знал, что это можно. Но, видимо, можно. Вы их и окончили одновременно? То есть сразу получили через пять лет или сколько два диплома? Это так?

Н.БЕЛЫХ: Сначала – почему так получилось. Я не собирался учиться на двух факультетах. Более того, я собирался учиться не в Перми, а в Москве. Но за три месяца до выпускных экзаменов у меня умер отец, и я принял решение остаться в Перми с мамой. И тогда уже так, в экстренном порядке, можно сказать, смотря, где продолжать свое образование, я выяснил, что учеба на экономическом и на юридическом факультетах Пермского госуниверситета проходит в разные смены. Экономисты учатся с утра, юристы учатся с обеда. И это был как раз первый год, когда можно было учиться на двух факультетах. Поэтому я подал документы и туда, и туда. А учитывая, что я был золотым медалистом, собственно говоря, экзаменов мне много сдавать не пришлось. Я экономический факультет закончил через пять лет. На юридическом после третьего или четвертого курса я перевелся на заочный и закончил несколько позже. Но экономический – я потом еще заканчивал аспирантуру, потом через достаточно большой период времени даже защитил диссертацию.

В.ПОЗНЕР: При этом вы еще работали корреспондентом на телевидении.

Н.БЕЛЫХ: Да, моя первая запись в трудовой книжке – именно корреспондент, да.

В.ПОЗНЕР: Вообще вы когда-нибудь спали, нет? Как это получалось у вас?

Н.БЕЛЫХ: Спал, наверное. Но надо сказать, что, собственно, тогда заработал помимо каких-то денег близорукость, язву двенадцатиперстной кишки и массу других неприятных моментов, о которых начинаешь вспоминать через значительно более позднее время.

В.ПОЗНЕР: Есть такой еженедельник, называется «Компания». Согласно данным этого еженедельника, в 1993-1998 годах вы работали в инвестиционной компании, которая называется «Фин-Ист», где занимали сначала пост заместителя генерального директора, а потом уже и генерального директора. Вам было 18 лет.

Н.БЕЛЫХ: Да.

В.ПОЗНЕР: Что это за компания такая? Что это, пирамида какая-нибудь?

Н.БЕЛЫХ: Нет. Компания занималась, с одной стороны, консультацией предприятий, которые проходили процесс приватизации. А второе – и это, собственно, было мое направление, которым я занимался, – это организация выпусков и организация обращения долговых обязательств муниципалитетов и органов власти субъектов федерации. То есть мы организовывали как раз первые выпуски областных долговых обязательств, муниципальных бумаг. Тогда эта тема была достаточна популярной и рассматривалась как одна из форм привлечения средств для покрытия дефицита бюджетов, муниципальных и региональных. В некотором случае эти займы носили целевой характер, допустим, под жилищное строительство. То есть работа такая, очень близкая к научной, и начинал я как раз ей заниматься еще будучи студентом и работая на кафедре финансов.

В.ПОЗНЕР: Ну, в общем говоря, вы стали заниматься бизнесом так или иначе.

Н.БЕЛЫХ: Да, конечно.

В.ПОЗНЕР: И вполне успешно, как я понимаю. Хорошо зарабатывали.

Н.БЕЛЫХ: Да.

В.ПОЗНЕР: Тем не менее в 1998 году вы стали членом движения «Новая сила», возглавляемого бывшим премьер-министром Сергеем Кириенко. Правда?

Н.БЕЛЫХ: Да.

В.ПОЗНЕР: Почему вы, молодой, в общем, преуспевающий бизнесмен, все у вас хорошо, чего вас потянуло в политику-то?

Н.БЕЛЫХ: Наверное, ощущение чего-то недосказанного и желание большей самореализации. Это если говорить о политике вообще. А если говорить конкретно о том шаге, который предпринял в 1998 году, вступив по интернету в «Новую силу», я искренне считал и считаю, что Сергей Владиленович Кириенко – один из наиболее грамотных и опытных государственных управленцев на тот момент, который, к сожалению, оказался в роли вот такого врача, которому доверили вскрыть нарыв, болезненный, неприятный. Думаю, что даже люди далекие от экономики понимают, что проблемы, связанные с формированием госдолга путем выпуска ГКО, – это вопрос не деятельности Сергея Владиленовича, а за много лет до него. Но в конечном итоге те меры, которые он предпринял, оказались, естественно, болезненными. Это и дефолт по государственным бумагам, это и резкий скачок курса доллара по отношению к рублю. Ну и, собственно говоря, он был объявлен неким таким, что называется, виновником и одновременно жертвой данного процесса. И, собственно говоря, некое чувство солидарности к человеку, к которому испытываешь уважение и ценишь его профессиональные качества. Когда он заявил о формировании политического движения, я выразил готовность в него войти и вступил туда по интернету.

В.ПОЗНЕР: Скажите, пожалуйста… Вы были пионером, конечно?

Н.БЕЛЫХ: Конечно.

В.ПОЗНЕР: Комсомольцем вы были?

Н.БЕЛЫХ: Да.

В.ПОЗНЕР: Членом партии? Успели?

Н.БЕЛЫХ: Нет. Я был как раз последним секретарем комитета комсомола школы.

В.ПОЗНЕР: Значит, у демократов, которых у нас почему-то принято называть правыми (я не очень понимаю, для меня правые – это фашисты, а вовсе не, ну неважно), последние годы очень невысокие рейтинги, достижения. На выборах 2007 года у СПС было 0,96% голосов. По-вашему, причины внутренние или внешние? Ошибка самой партии или несоответствие менталитету подавляющего большинства народа, населения? И вообще, каковы перспективы, будем называть, правого движения в России сегодня? Или вообще нет никаких перспектив? И только сверху это можно сделать, опять-таки, с помощью Кремля и прочего?

Н.БЕЛЫХ: Во-первых, думаю, что, конечно, надо говорить о комплексе факторов, которые обусловили такое незавидное положение правых сил.

В.ПОЗНЕР: Провал просто.

Н.БЕЛЫХ: Да. Ну, это провал не только 2007 года, это провал и 2003 года. Среди них есть причины, безусловно, внешние, есть причины, безусловно, внутреннего характера. Если говорить о причинах внутреннего характера, да, демократы очень сложно договороспособные люди. Поэтому тот запрос, который существовал еще в начале 2000 годов, на объединение демократических сил не был реализован. Это раз. Второе. К сожалению, тот самый посыл о том, что надо объяснить, разъяснить людям связь между демократией и колбасой – там, вы помните, было известное словосочетание?

В.ПОЗНЕР: Да, а как же. Конечно.

Н.БЕЛЫХ: Так и не смогли сделать. Третье – это отсутствие, по большому счету, success story у политических лидеров демократического движения. Потому что, как правило, те, кто возглавлял или участвовал активно в этом демократическом движении, – люди, представлявшие и представляющие сейчас прежде всего годы девяностые, которые, к большому сожалению, у огромного числа наших сограждан ассоциируются, будем так говорить, далеко не с радужными моментами в жизни.

В.ПОЗНЕР: Да. Потому что не все знают, что такое success story. Но это значит успешные, успешные какие-то дела.

Н.БЕЛЫХ: Да. Поэтому говорить о том, что этот человек был успешным министром экономики, этот человек был успешным вице-премьером, этот был замечательным депутатом Государственной думы, – к сожалению, люди это не воспринимают как тот ориентир, за которым надо стремиться. Есть, конечно, и причины внешнего характера. Очевидно, что правая (в нашем понимании, в российском понимании) идеология все-таки предполагает некую более высокую активность человека, нежели та, которая сейчас в обществе преобладает. То, что сейчас Президент говорит о борьбе с патерналистскими настроениями, это ведь уже некое следствие вот этих патерналистских настроений, которые, к сожалению, сформировались в том числе и за эти благополучные годы.

В.ПОЗНЕР: То есть настроение, когда человек говорит: «За меня сделают»?

Н.БЕЛЫХ: Конечно. И, собственно говоря, государство действительно на протяжении последних, как сейчас модно говорить, тучных лет очень активно эту идею и развивало. Ты особенно не выступаешь, ты особенно не высовываешься, но зато у тебя регулярно повышается заработная плата, регулярно строятся какие-то социальные объекты и так далее и так далее, за счет тех самых сверхдоходов, которые образовывались в результате благоприятной внешнеэкономической конъюнктуры. Правая идеология предполагает все-таки, что человек сам является кузнецом своего счастья. Предполагается, что человек сам должен что-то делать. Человек сам должен принимать ответственные решения, человек сам и в политическом, и в экономическом плане должен реализовывать свою собственную стратегию жизнедеятельности.

В.ПОЗНЕР: Так. Этого не происходит?

Н.БЕЛЫХ: Этого, к сожалению, не происходит.

В.ПОЗНЕР: А почему вдруг станет происходить? Вообще, как вы полагаете?

Н.БЕЛЫХ: У меня нет уверенности в том, что торжество правой идеи – это вопрос каких-то ближайших лет. Я сразу скажу, я очень скептически отношусь ко многим проектам в этой сфере. Хотя в них участвуют и мои коллеги, и друзья. Я буду рад, если это получится. Но я считаю, что есть некоторые предпосылки. Первое – это политическая воля Президента страны, которая озвучена и в рамках послания Президента, и в рамках статьи «Россия, вперед!», именно где борьба с патерналистскими настроениями обозначена в качестве одной из важнейших задач, которая стоит перед государством. Второе: экономическое положение России на сегодняшний день не настолько замечательное, чтобы поощрять вот эти самые патерналистские настроения, причем не только на уровне граждан, но и на уровне бюджетов, как местных, так и региональных. Как вы понимаете, объем финансовой помощи, объем субсидий, объем дотаций, объем просто бюджетных трансфертов резко сократился. И если сейчас их нечем заместить, то возникает резонный вопрос: а как вообще, собственно говоря, создавать вот эту налогооблагаемую базу, как формировать новые доходы?

В.ПОЗНЕР: Ну вот смотрите, Никита Юрьевич. Насколько я помню, я не могу, по крайней мере, назвать вам период развития России – любой: царской, советской и так далее, – когда существовало гражданское общество, которое я именно понимаю как общество, состоящее из людей активных, говорящих: «Моя страна, я за нее отвечаю, я буду добиваться того-то». Этого никогда не было. На каком основании можно надеяться, я бы очень хотел, но на каком основании можно надеяться, что это возникнет? Вот что? Ну да, Президент сказал.

Н.БЕЛЫХ: Во-первых, не хочу, конечно, углубляться здесь в какой-то исторический диспут, есть разные точки зрения. В том числе и о формах вот этих прямых демократий, которые существовали в Новгороде, Пскове и, кстати, на Вятке – то есть всего там три таких республики существовало. Это и, собственно говоря, период в том числе и до Смуты, и Смуты, когда формулировались условия для царя, то есть со стороны относительно представительной демократии в лице бояр. Это и определенный период реформ Александра II. Это и, собственно говоря, начало XX века, 1905-1906 год, формирование первой Государственной думы. Но дело даже не в этом. Я считаю, что даже при отсутствии каких-то исторических традиций мы можем и должны говорить о формировании гражданского общества. У нас нет другого выбора. У нас нет другого пути развития. Мы должны просто очень четко для себя понять, что или это…

В.ПОЗНЕР: Или?

Н.БЕЛЫХ: Или, к сожалению, вот тот самый сырьевой придаток, которым действительно воспринимают Россию очень многие страны на протяжении последних десятилетий. Вот и все.

В.ПОЗНЕР: Когда стало известно о вашем выдвижении на пост губернатора, многие из ваших тогдашних соратников расценили это как благодарность властей за то, что вы вышли из состава СПС. Что это, мол, вам такое поощрение. Более того, Мария Гайдар прямо заявила, я цитирую ее, что «Никита Юрьевич продал душу дьяволу». Это было опубликовано в «Коммерсанте» в декабре 2008 года. Буквально через два месяца та же самая Мария Гайдар становится вашим советником, а затем вице-губернатором. И ходила шутка, конечно, что это вам очень выгодно, потому что, если что-то будет не так, все будут говорить: «Виновата Гайдар». Ну, понятное дело. Скажите, пожалуйста, чем вы объясняете перемену с ее стороны? Которая так вас сильно осудила и вдруг оказалась просто работающей рука об руку с вами?

Н.БЕЛЫХ: Владимир Владимирович, я думаю, что этот вопрос правильнее задать, наверное, Марии Егоровне.

В.ПОЗНЕР: Я бы с удовольствием задал. Но все-таки? Какое-то объяснение должно же быть. Вы-то, наверное, задали ей вопрос, когда она пришла к вам и сказала, что… Или нет?

Н.БЕЛЫХ: Думаю, что это заявление было сделано достаточно эмоционально. Думаю, что Мария Егоровна была в курсе, что я, перед тем как принять предложение, вел консультации с большим количеством моих коллег. Поэтому, когда вы говорите о том, что осудили коллеги по демократическому лагерю, как раз я бы сказал, что осудили, наверное, те, кто близкими-то партнерами не являлись. Потому что если вы посмотрите… Я могу сказать, что, собственно говоря, и с Гайдаром, и с Ясиным, и с Немцовым, и со многими другими людьми, кто были моими близкими партнерами по демократическому движению, этот вопрос обсуждался. И это решение было консолидированное, на самом деле. Поэтому думаю, что, возможно, Мария Егоровна восприняла это эмоционально, как то, что она в тот момент не принимала участие в этих консультациях. Но в конечном итоге я считаю, что жизнь все правильно расставляет на свои места. И то, что она приняла мое предложение о совместной работе, я считаю большим плюсом.

В.ПОЗНЕР: Вы упомянули Бориса Немцова. Он сказал так: «Раньше особо одаренных бросали на сельское хозяйство, а сейчас – на Киров. Если Никите удастся там что-то сделать, это будет чудо». И затем еще одно его заявление, такое, вот назначение либерала не вызывает у Бориса Ефимовича оптимизма, он говорит следующее: «Я бы на его месте ни за что не согласился. Все равно не дадут работать. Все успехи припишут себе, а неудачи спишут на оппозицию. Статус винтика вертикали очень низкий и не позволяет реализовывать свои планы». Что вы скажете по поводу высказывания Бориса Ефимовича, вашего, в общем, соратника?

Н.БЕЛЫХ: Да, и моего друга, я, в общем, отнюдь этого не стесняюсь. Более того, считаю Бориса одним из очень порядочных и честных людей, с которыми можно и нужно общаться и поддерживать отношения. Что касается первого его высказывания по поводу сельского хозяйства, наверное, имелось в виду, что Кировская область действительно не самый благополучный регион.

В.ПОЗНЕР: Вот именно, вот именно.

Н.БЕЛЫХ: Главный потенциал Кировской области – это люди. Это не нефть, не газ и даже не лес, это все-таки человеческий потенциал. И люди в Кировской области очень качественные с точки зрения человеческого потенциала. Если нам удастся ту самую гражданскую активность и инициативность людей разбудить, пробудить, то я думаю, что у Кировской области очень хорошие перспективы. С точки зрения того, насколько это безнадежный проект, – ну а чем сложнее задача, тем она интереснее. Я думаю, вы меня понимаете, да?

В.ПОЗНЕР: Согласен, да.

Н.БЕЛЫХ: И в этом плане я как раз считаю, что работа винтика в системе – это не про губернаторов. Как раз я считаю, что это тот блок вопросов, где можно определить, в состоянии человек действительно решить проблему и в состоянии человек действительно изменить жизнь к лучшему или нет. Потому что, когда речь идет о неких коллегиальных, каких-то консультативных органах, о каких-то структурах в составе федеральных министерств, вот там действительно очень сложно определить, кто прав, кто виноват. Как известно, у победы очень много родителей, и только поражение всегда сирота. В ситуации с регионом и губернатором, мне кажется, тут все предельно очевидно. Если есть успехи, да, может, конечно, в них могли принимать участие все, но в конечном итоге результат принес губернатор. Если нет, то ни на кого ответственность здесь не переложишь.

В.ПОЗНЕР: Говоря о своих отношениях с федеральной властью, вы сказали как-то так: «У нас есть некая договоренность. Я не занимаюсь политикой, я не обсуждаю вопросы политического устройства страны». То есть вы занимаетесь своими губернаторскими делами. Это как? Такое разделение: «Смотрите, Никита Юрьевич, не высказывайтесь по поводу того-сего», – или как? Как это вообще? Договоренность как достигнута?

Н.БЕЛЫХ: Договоренность абсолютно, на мой взгляд, естественная. И я бы удивился, если бы таких договоренностей не было. Очевидно, что, когда формулировалось предложение, существовало и, может быть, сейчас существует опасение, что отдельно взятый губернатор будет использовать свой статус, свое положение и возможности не для того, чтобы развивать регион, не для того, чтобы повышать качество жизни населения, а для того, чтобы, собственно говоря, реализовывать собственную какую-то политическую программу, использовать регион как трамплин для каких-то целей и задач. У нас договоренность, собственно говоря, касалась именно этого – что я честно работаю пять лет, которые составляет губернаторский срок, именно в качестве губернатора. Не в качестве федерального политика, не в качестве спикера по темам международной политики. Я, естественно, могу, и вы прекрасно, наверное, знаете, я поднимаю вопросы, озвучиваю проблемы, которые касаются моей деятельности. Если меня что-то не устраивает в сфере межбюджетных отношений, это напрямую касается меня как губернатора. Если есть вопросы, связанные с природопользованием, с экологическими вопросами, я эти вопросы поднимаю на федеральном уровне. Другое дело, что, очевидно, есть целый спектр вопросов, которые представляли для меня интерес и сферу деятельности, когда я занимался партийной политикой, но которые сейчас по определению не могут таковыми быть. Допустим, международные отношения, да?

В.ПОЗНЕР: Я только хотел сказать.

Н.БЕЛЫХ: Ну конечно.

В.ПОЗНЕР: Да. Вы знаете, в самой первой программе «Познер» гостем был мэр города Москвы Юрий Михайлович Лужков, которого я стал спрашивать относительно назначения и избирания губернаторов. И он ответил так, что это гладко не прошло. В том смысле, что он высказался за возврат к избиранию в будущем. И говорил, что избранный губернатор, на его взгляд, более легитимен, чем назначенный. Я совершенно не настаиваю на том, чтобы вы коснулись этого вопроса. Но если вы готовы что-то сказать, то прошу вас.

Н.БЕЛЫХ: Естественно, готов. Я действительно считаю, что в России должна существовать форма прямых выборов губернаторов, ну и, соответственно, мэра Москвы как главы субъекта федерации. Я действительно считаю, что такая форма больше отражает, с одной стороны, чаяния и надежды людей, даже сейчас опросы показывают, что, в общем, большинство людей хотели бы сами избирать своих руководителей. И такая форма действительно, не в юридическом плане, а, что называется, по понятиям, конечно, более легитимна. И в данном случае моя позиция – я уже говорил о том, что мои взгляды, моя идеология не менялись эти годы. И я как в 2004 году говорил, и партия выступала за возвращение выборности губернаторов, так и сейчас считаю, что выборность губернаторов – это большее благо и большее достижение, чем, собственно говоря, факт избрания его по представлению Президента со стороны депутатов регионального законодательного собрания.

В.ПОЗНЕР: Учитывая, что вам в качестве губернатора такой тяжелой области, в общем, приходится принимать решения непопулярные, хоть вы их объясняете, и тем не менее непопулярные, и что вы не местный все-таки, так или иначе…

Н.БЕЛЫХ: Не местный.

В.ПОЗНЕР: Никак не местный, да? Вот при таком положении, если выбирался бы губернатор, вам не кажется, что вам бы не светило? Именно потому, что другой бы сказал: «Я бы никогда вот этого не делал, я бы не заставлял» – ну вы понимаете, понятно, как демагогия работает.

Н.БЕЛЫХ: Абсолютно согласен с вами, да. Я считаю, что если бы завтра объявили выборы губернаторов, то в большинстве субъектов федерации губернаторами бы избрали популистов.

В.ПОЗНЕР: Скажите, пожалуйста, а вот в органе управления области, в законодательном собрании большинство – это, очевидно, «Единая Россия»?

Н.БЕЛЫХ: Да, да.

В.ПОЗНЕР: И вам приходится?.. То есть вы были представлены «Единой России» в этом смысле. Поскольку вас представил Путин – так надо понимать, да?

Н.БЕЛЫХ: Нет, Дмитрий Анатольевич Медведев.

В.ПОЗНЕР: Медведев. Вас поддержали. Но вы ощущаете сопротивление в данном случае, скажем так, этой партии, поскольку все-таки вы придерживаетесь иных взглядов?

Н.БЕЛЫХ: Вы знаете, у меня с «Единой Россией» Кировской области выстроены рабочие и конструктивные отношения. Это означает, что как партии, которая обладает большинством в парламенте, я, естественно, все эти разъяснения, объяснения и просьбы о поддержке непопулярных мер адресую прежде всего им. Я благодарен за то, что они принимают на себя часть ответственности, когда эти решения поддерживают. В том числе и когда эти решения вызывают резкий негатив со стороны общественности. В этом плане я считаю, что они действительно берут часть ответственности на себя. Вопросы, касающиеся, собственно говоря, каких-то идеологических разногласий, поверьте мне, на уровне регионов практически не возникают. Если возникают, то они каким-то естественным образом транслируются наверх, и эти вопросы я уже обсуждаю здесь.

В.ПОЗНЕР: Я знаю, что вы хотели и, видимо, до сих пор хотите вернуть имя городу – Вятка. Что-то делается в этом смысле или нет?

Н.БЕЛЫХ: Я, с одной стороны, являюсь сторонником возвращения исторического названия городу. Я не буду долго объяснять почему. В то же время, как приверженец демократических механизмов, я не считаю правильным это решение принимать просто административным способом. Такие варианты есть, но я не хочу ими пользоваться. Поэтому было проведено несколько совещаний, консультаций по этому поводу, даже создана специальная рабочая группа, после которой мы приняли решение о том, что решение должен принять народ на референдуме.

В.ПОЗНЕР: Многие говорят так: либерала назначь начальником – и он сразу сделается нелибералом, он сразу покажется. И я могу назвать… Предпочитаю не называть их, но я представляю целый ряд либералов так называемых – не дай бог, чтобы они стали начальниками. Они быстро переходят в другое состояние. Вы себя считаете по-прежнему либералом?

Н.БЕЛЫХ: Безусловно.

В.ПОЗНЕР: Хорошо. Тогда к вам имеет несколько вопросов Марсель Пруст. Если вы позволите.

Н.БЕЛЫХ: Я, чтобы уж закончить эту тему: я хорошо понимаю тех либералов, которые становятся диктаторами. К сожалению, административные механизмы, используемые зачастую в такой работе, дают результат гораздо быстрее.

В.ПОЗНЕР: Конечно, конечно.

Н.БЕЛЫХ: Либерал, видимо, внутренне предполагает, что недолог его век, потому что приходится принимать непопулярные решения. Поэтому, конечно, есть вот такое дрейфование к другим способам.

В.ПОЗНЕР: Итак, Марсель Пруст. У вас есть минута на ответ на десять вопросов. В каких случаях вы лжете?

Н.БЕЛЫХ: Если считаю, что это ложь во благо.

В.ПОЗНЕР: Когда и где вы были более всего счастливы?

Н.БЕЛЫХ: Наверное, когда у меня родился старший сын.

В.ПОЗНЕР: Что бы вы изменили в себе, если бы могли?

Н.БЕЛЫХ: Я бы, наверное, ничего не стал менять.

В.ПОЗНЕР: Что вы считаете своим главным достижением?

Н.БЕЛЫХ: Я очень надеюсь, что главное достижение еще впереди.

В.ПОЗНЕР: Из того, что вам принадлежит, чем вы более всего дорожите?

Н.БЕЛЫХ: Репутацией.

В.ПОЗНЕР: Что вы больше всего не любите?

Н.БЕЛЫХ: Не люблю популизма, не люблю дилетантства.

В.ПОЗНЕР: Назовите своего любимого композитора.

Н.БЕЛЫХ: Я боюсь, что будет достаточно…

В.ПОЗНЕР: Неважно, неважно.

Н.БЕЛЫХ: Чайковский. Тогда Чайковский.

В.ПОЗНЕР: А художника?

Н.БЕЛЫХ: Мне последнее время очень нравятся Васнецовы, поскольку они с Вятки. Причем и Аполлинарий, и Виктор.

В.ПОЗНЕР: Как бы вы описали свое нынешнее внутреннее состояние? Какое оно?

Н.БЕЛЫХ: Поиск.

В.ПОЗНЕР: Оказавшись перед Богом, что вы ему скажете?

Н.БЕЛЫХ: Я долго думал по поводу этого вопроса, естественно. И все-таки пришел к выводу, что я бы сказал: «Спасибо за то, что дали прожить ту жизнь, которую я прожил, и прошу простить за грехи, вольные или невольные».

В.ПОЗНЕР: Это был Никита Юрьевич Белых. Спасибо большое.

Н.БЕЛЫХ: Спасибо.

Н.БЕЛЫХ: Это было в субботу, это раз. Во-вторых, еще в программе «НТВшники», кроме того, в программе «Специальный репортер». Если вы помните, то у нас понедельники приходились в том числе на праздничные дни, на 2-е и 9-е мая. Поэтому у нас действительно получилось так, что выпало несколько передач. А так – все работает.

В.РОМЕНСКИЙ: Мы не говорили с вами, Никита Юрьевич, о трагедии на «Распадской». Действительно, вас не было. Ну вот сегодня информация, которая просто потрясает. Сначала к тем семьям, где погибли шахтера, пришли рэкетиры и попросили 500 тысяч, то есть половину той компенсации, которую обещает выплатить государство.

О.ЖУРАВЛЕВА: А потом следователь сказал, что сделать ничего не может, заявление не принял. Во всяком случае, по тому изложению, которое есть в агентствах. И порекомендовал обратиться аж к губернатору.

В.РОМЕНСКИЙ: К губернатору действительно обратились. Ну вот хотелось бы услышать также ваше мнение как губернатора. Вот если бы вам пришло такое письмо, что бы вы делали в этой ситуации? И что должен делать губернатор области?

О.ЖУРАВЛЕВА: Узнав, что у него такая ситуация с МВД. Потому что это, в первую очередь, проблемы МВД, я так понимаю.

Н.БЕЛЫХ: Это, действительно, в первую очередь, проблемы МВД, потому что защита людей, граждан от противоправных действий такого рода лиц, как вымогатели, это прямая обязанность органов внутренних дел, и если органы внутренних дел переадресовывают эту функцию губернатору, это означает, что человек, который там руководит милицией в отдельно взятом регионе, занимается не своим делом и не должен этим заниматься. Поэтому я бы на месте господина Тулеева этот вопрос переадресовал бы Нургалиеву. При этом это ведь вопрос… я понимаю, что в связи с общим эмоциональным трагичным фоном, которые сопровождает различного рода события, там столкновения в Междуреченске и в целом в Кузбассе… Хорошо, а если бы пришли вымогатели не к тем, кто получил или должен получить компенсации, а просто к обычным гражданам, которые зарабатывают деньги своим трудом, это бы как-то меняло дело или нет? Очевидно, что нет. Речь идет о том, что есть люди, нарушающие закон, в данном случае вымогатели, и есть те органы власти, которые должны эти действия пресекать, это милиция. И если милиция с этим не справляется, значит, это вопрос, который действительно требует, как это ни грустно, прямого вмешательства министра.

О.ЖУРАВЛЕВА: Спасибо большое. Я просто еще добавлю. Вы, может быть, застали конец нашего эфира предыдущего – на самом деле, действительно шокирующая вышла история, потому что, разговаривая со слушателями, мы пришли к выводу, и голосование таким образом сложилось даже, что люди склонны скорее доверять ворам в законе, в этой ситуации говорят, что бандиты беспредельничают, надо обратиться к другим бандитам, которые их приструнят, скорее, чем к органам МВД или каким-то другим силовым структурам государства.

В.РОМЕНСКИЙ: Причем больше 80% позвонивших нам такое мнение выразили, что действительно, криминальные авторитеты в данной ситуации могут помочь, а милиция – нет.

Н.БЕЛЫХ: Я абсолютно согласен с той оценкой, которую Ольга сделала после того, как подводила итоги. Это действительно ужасно, что люди действительно считают, таков кризис доверия власти и правоохранительным органам, что люди предпочитают обращаться… хотя понятно, что это голосование – скорее некий эмоциональный фидбэк по той теме, которую вы обсуждали. Потому что, думаю, что в реальной жизни мало кто будет обращаться к криминальным авторитетам, потому что те, кто когда-то вообще сталкивался с этой ситуацией, знает, что в этом случае они будут платить всегда. И действительно, такого рода деятели могут быть более эффективными, чем милиция, но не надо думать, что они выполняют свои функции на аутсорсинге исключительно по договору подряда и после заключения этого договора перестают общаться.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, вы сейчас встаете на скользкую дорогу. Потому что тут же возникнет вопрос – а почему вы такой просвещенный человек? у нас все политики просвещены в этой части бизнеса и власти?

Н.БЕЛЫХ: Большинство.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, наша сегодняшняя тема, как вы знаете – как удержать молодежь в регионах. То есть, я так понимаю, мозги бегут не только из страны, но и из регионов в центр. Для вашего региона это значимая проблема?

О.ЖУРАВЛЕВА: У вас он все еще депрессивный, насколько я помню, по некоторым позициям. И, наверное, достаточно остро это стоит.

Н.БЕЛЫХ: Я сразу хочу этот вопрос все-таки рассматривать не с позиции Кировской области, а с позиций вообще регионов России, потому что та проблема, которая называется покиданием молодежи своих регионов, актуальна для подавляющего количества регионов. Причем вопрос даже не столько в количестве молодежи, которая уезжает, сколько, к сожалению, в качестве. Мы специально провели исследование по итогам прошлогоднего ЕГО.ЖУРАВЛЕВА: К ЕГЭ можно по-разному относиться, но то, что это очень хорошая база статистическая и информационная, я думаю, никто спорить не будет. И очень хорошо заметно, как после определенного уровня среднего балла резко растет количество, точнее, доля выпускников, которые уезжают за пределы региона.

В.РОМЕНСКИЙ: То есть если человек умный, он хорошо учился в школе, он, скорее всего, уедет учиться куда-то в центр?

Н.БЕЛЫХ: Конечно. С высокой степенью вероятности. Это касается большинства регионов. Поэтому если вы будете смотреть стобалльников или тех, кто получил больше 90 баллов, за редким исключением… понятно, что есть ситуации личного характера – болеют родители или еще что-то, и ты вынужден остаться. На самом деле, я просто хорошо помню свою ситуацию жизненную. Я заканчивал школу физико-математическую с золотой медалью, и за две недели до выпускных экзаменов у меня умер отец. То есть, собственно говоря, это, наверное, была единственная причина, которая заставила меня остаться и поступать уже в Пермский государственный университет. Таких причин, как вы понимаете, к счастью, не очень много, поэтому большинство такой талантливой молодежи все-таки уезжает.

В.РОМЕНСКИЙ: Вы говорите об этом с негативной точки зрения. А почему это плохо-то? Если ребенок хочет получить лучше образование. Действительно, в Москве, наверное, образование лучше, чем в Кировской области. Ну мне так кажется. Нет?

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы не верите, что они вернутся к вам же?

Н.БЕЛЫХ: Во-первых, у нас такой показатель, как мобильность населения, мало того, что он низкий, если сравнивать с Европой, с США, он еще и очень сильно зависит от возрастных показателей. Например, молодежь, уезжая после школы, даже если после окончания университета или института есть какие-то альтернативные варианты не худшие в других регионах, уже, как правило, реже возвращается. То есть потому что ты уже за те годы, которые ты провел в вузе, либо обременен семьей, либо завязались знакомства, отношения, ты все-таки уже как-то пытаешься здесь остаться, на том месте, где ты получил высшее образование. Подчеркиваю, речь идет о таких показателях в большинстве случаев. Понятно, что каждая отдельная ситуация может быть исключением. Так вот, это первое. Второе. Когда мы говорим о стремлении молодежи получить хорошее дополнительное образование, ну, в общем, не открою большого секрета, что московское – не значит, хорошее. Просто уехать в Москву в поисках лучшего образования – это стремление очень похвальное, но, к сожалению, на практике не всегда отвечающее тем ожиданиям, которые были сформированы. Потому что существуют и региональные вузы, федеральные университеты, где действительно сосредоточена мощная научная и преподавательская база. Ну и третье. На самом деле, не факт, что человек, уезжая, будет в конечном итоге там востребован. Потому что мы все понимаем, что тот возраст, в котором принимают подобного рода решения, еще вряд ли может похвастаться нормальным и адекватным восприятием того, что называется внешним миром.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну ладно, Никита Юрьевич, молодые да глупые – это понятно. Мы понимаем, в чем, собственно, проблема. Что вы можете предложить как регион?

В.РОМЕНСКИЙ: И у вас будут ли востребованы те выпускники вузов, которых вы так хотите у себя оставить?

Н.БЕЛЫХ: Во-первых, для того, чтобы выпускник школы стал выпускником вуза, должно пройти пять лет. Или иногда шесть, четыре. Поэтому очень важно, чтобы ему было интересно находиться в вузе. Это первый шаг. И здесь мы в этом направлении действуем. Потому что то, что я буду говорить сейчас, это уже не просто размышления на тему, это шаги конкретные, которые нами сейчас предприняты. Первое. Принято решение, это уже нашло свое отражение в нормативных актах, об учреждении т.н. губернаторской стипендии.

В.РОМЕНСКИЙ: 2500 рублей, насколько я понимаю, и должны ее получать только те, кто действительно неплохо сдал ЕГЭ.

Н.БЕЛЫХ: Средний балл – больше 83-х. Это достаточно высокий показатель, после него уже у нас порядка 80% выпускников уезжают в другие регионы.

В.РОМЕНСКИЙ: А вы думаете, 2500 рублей сдержат желание человека поехать?

Н.БЕЛЫХ: Ну, во-первых, речь идет о дифференцированном подходе. Если человек стобалльник, он получает стипендию, равную МРОТу, то есть 4330 рублей. Если он не стобалльник, но есть средний высокий уровень, это 2500 рублей, которые в качестве добавки к той стипендии, которую он может получать как повышенную, уже формирует уровень доходов, в чем-то уже начинающий напоминать оплату работников отдельных сфер на территории нашего региона. Поэтому тут еще важный момент – это вопрос не только материальный. Это вопрос еще некоего психологического характера. Ты получаешь губернаторскую стипендию, ты один из немногих, чьи заслуги уже сейчас признаны руководством региона. Это раз. Понятно – знания просто купить нельзя. И будет совершенно неправильно, если мы будем все переводить исключительно в материальную плоскость. В конечном итоге человек, который обладает большим потенциалом, оставаясь в регионе, на этапе учебы получает какую-то дополнительную стипендию или пособие, и в конечном итоге его потенциал медленно, но верно исчезает. Мы заключаем с нашими вузами, расположенными на территории нашего региона, соглашения, в соответствии с которыми для тех выпускников и студентов, которые получают вот такую стипендию, будет разработана отдельная образовательная программа с учетом их пожеланий и особенностей.

В.РОМЕНСКИЙ: Это что значит? Какая программа? Он приходит и говорит: «Я хочу учиться вот этому». Ему говорят: «Но у нас нет преподавателей, но мы тебе найдем. Белых для тебя его выпишет из Москвы».

Н.БЕЛЫХ: В том числе и так, да. То есть люди будут формировать свои пожелания и ожидания. Понятно, что если человек поступает на юридический факультет и говорит: «Я бы хотел специализироваться и получать какие-то дополнительные знания», да, в том числе и отдельные лекции с приглашением за счет областного бюджета преподавателей из других вузов, для него будут обеспечены.

В.РОМЕНСКИЙ: С одной стороны, вы говорите, что если в школе учатся два ребенка, это не очень хорошо, а если мы одному студенту будем преподавать его программу, значит, это нормально.

Н.БЕЛЫХ: Мы здесь говорим о т.н. одаренных детях, кто уже поступил. Естественно, базовая программа у него будет общая, здесь никаких вопросов нету. Он будет являться нормальным студентом соответствующего факультета, специальности, кафедры. Но при этом по его желанию и по его хотелкам будут формироваться еще и отдельные занятия, которые, естественно, будут иметь факультативный характер. Если он не захочет, он их не будет запрашивать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, не жирно ли будет, если вот так совсем по-простому спрашивать? Я имею в виду, что те вещи, которые вы предлагаете, во-первых, стоят денег, во-вторых, вовлекается достаточно много людей. Вы говорите, что для талантливых мы создадим особые условия, и то, и се. Масса народу будет вокруг этого суетиться и прыгать. А вы рассчитали, сколько регион потратит и сколько он теоретически должен с этого получить? Или вам потом придется этим студентам угрожать – мы в тебя столько денег вбухали, а ты, зараза, уехал в соседний край?

Н.БЕЛЫХ: Естественно, такие риски есть. Если вернуться на шаг назад, что я объяснял Володе, подвижность молодежи после вуза снижается, потому что за то время, пока…

О.ЖУРАВЛЕВА: А, то есть задача – додержать его вот эти пять лет.

Н.БЕЛЫХ: Все верно.

В.РОМЕНСКИЙ: Кроме того, Никита Юрьевич еще и квартирами хочет людей привязывать. Он собирается молодым еще льготные условия по ипотеке предложить.

О.ЖУРАВЛЕВА: Обманули, заманили.

Н.БЕЛЫХ: Это же вопрос дискуссионный, что первично – курица или яйцо. Говорить о том, что – а вот вы нам создайте условия, и мы тогда, возможно, к вам приедем. Или все-таки давайте те, кто и могут эти условия создавать, сама молодежь, давайте это вместе и делать. То есть мы предлагаем молодежи быть партнерами этих проектов. Без меня меня женить, без меня создать условия, когда мы устроили одаренную молодежь, чтобы она могла полноценно реализовываться на территории отдельно взятого региона, невозможно. Поэтому наша задача – действительно сформировать такую «гвардию», такую элиту. Надо же очень четко сказать, что участникам этого проекта будет необходимо регулярно подтверждать. Не то что ты высокобалльник-ЕГЭшник, поступил, и все, после этого у тебя началась халява. Если ты сдаешь очередную сессию с тройками, все, ты теряешь этот статус. Ты должен каждую сессию дополнительно подтверждать то, что ты действительно хороший студент, что ты действительно обладаешь жаждой знаний, что ты действительно хочешь самореализовываться. Только в этом случае ты получаешь возможность претендовать на эти материальные и нематериальные блага.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть, я прошу прощения, Никита Юрьевич говорит о том, что нужно в регионе создать настолько привлекательные условия, чтобы никакие личные амбиции и жажда новых впечатлений не отвлекли бы от родного города.

Н.БЕЛЫХ: Надо создать условия, при которых эти личные амбиции будут реализуемы на территории региона. Понимаете, у нас постоянно, я регулярно общаюсь в разных форматах, не только в формате «Эха Москвы», и очень часто приходится слышать: «Вы нам сделайте, вы нам откройте здесь вот предприятие, где мы будем востребованы, вы нам создайте здесь рабочие места высокооплачиваемые, вы создайте нам здесь ту инфраструктуру, которая нас будет привлекать»…

О.ЖУРАВЛЕВА: Еще привезите Большой Театр и Третьяковскую галерею.

Н.БЕЛЫХ: Да, и тогда, может быть, мы сюда приедем. Ребята, такого не бывает. Либо мы все вместе это делаем. Если мы действительно здесь создаем критическую массу, концентрацию людей, которым не все равно, если мы здесь действительно создаем определенный уровень пассионарности отдельно взятых возрастных категорий, вот тогда мы можем о чем-то говорить. Потому что формулировать в качестве заказа: «Привезите нам Марата Гельмана с его выставкой «Русское бедное», будьте добры гастроли Большого драматического театра, а здесь вот постройте бассейн, а здесь водокачку в центре города и отдельно взятое Сколково на территории Котельнического района», ну не бывает такого, вот и все.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, другая немножко тема, о которой хотели поговорить, но она непосредственно связана с молодежью. Министр образования и науки Андрей Фурсенко поддержал сегодня инициативу Генштаба о продлении весеннего призыва до 31 августа. По мне, так весенний призыв и 31 августа – это вообще уже абсурд. Но вот почему я спрашиваю? Смотрите, если молодой человек заканчивает школу, люди в школу поступают разные, тем более, некоторые учатся и 11 лет, вот человек поступил в школу, скажем, в 7,5, 11 лет отучился, и как раз приходит время – бабах, ему стукает 18, в институт он еще не успел поступить и идет в армию. Такого не бывает у вас?

Н.БЕЛЫХ: Бывает.

В.РОМЕНСКИЙ: Вы это одобряете или не одобряете как развитие молодежи и желание сохранить ее в регионе? Может быть, вам стоит переговорить с Фурсенко где-нибудь на каком-нибудь собрании, сказать ему, что, может, не стоит продлевать срок призыва?

Н.БЕЛЫХ: Володь, тут не с Фурсенко надо разговаривать. Я с Андреем Александровичем общаюсь регулярно. Так же, как, наверное, и слушатели «Эха Москвы», по разным совершенно вопросам. То есть это все-таки вопрос, относящийся не к ведению господина Фурсенко, а скорее к ведению господина Сердюкова. И, соответственно, речь должна идти о новом облике вооруженных сил, о реформе, которая, что называется, не совсем понятно, в какую сторону, не совсем понятно, какими шагами, идет к формированию армии нового типа.

В.РОМЕНСКИЙ: Это когда будут призывать до 30-ти лет и весенний призыв будет длиться до 31 августа.

Н.БЕЛЫХ: Еще раз говорю – тут вопрос не конкретного одобрения или неодобрения, согласия или несогласия господина Фурсенко. Вопрос в том, что вот есть потребности армии. Собственно говоря, эта армия в ходе своего реформирования и так должна измениться. Сократили срок службы, проходят другие действия, связанные с увольнением генералов, происходят массовые действия, связанные с обеспечением жильем военнослужащих, тоже очень затратные и болезненные процедуры. Я просто сам в регионе с этим сталкиваюсь, поскольку здесь мы так или иначе являемся определенными операторами этого процесса. Естественно, одна из важных составляющих реформы армии – это вопрос о том, а, собственно говоря, за счет кого она будет формироваться, кто, собственно, будет призываться, какие кадры в ней будут оказываться. Поэтому нельзя этот вопрос рассматривать в отрыве. Потому что если будет сказано, что да, мы молодежи даем возможность поступить в вуз и не пойти служить в армию, для любой молодежи, независимо от того, во сколько она закончила, то следующим вопросом будет такой: да, к сожалению, у нас обороноспособность страны в этих условиях снижается, поэтому давайте тогда вернемся к вопросу службы двух, а еще лучше, трех лет. И вот тогда все будет замечательно. И вот тогда мы будем взвешивать на весах: а что сделать лучше – все-таки пойти на отмену каких-то отсрочек или удлинить срок службы в армии? И то, и другое плохо, безусловно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, еще есть вопрос. У нас тут ГУВД выступает с инициативами московское, с одной за другой, касающимися несовершеннолетних и школьников. Одна из инициатив – привлекать к ответственность администрацию школы, если учащийся совершил преступление. Другая связана уже с последним звонком. Обещают точно уже привлекать к ответственности взрослых, приобретающих спиртное для выпускников. У вас есть какие-то особые режимы, какие-то особые штуки, которые связаны с подростками в связи с тем, что будут всякие массовые мероприятия, как то – последний звонок, выпускные?

Н.БЕЛЫХ: У нас департамент образования достаточно давно уже принял соответствующие нормативные документы, которые исключают или должны исключать употребление спиртного на последних звонках и выпускных вечерах. Понятно, что…

О.ЖУРАВЛЕВА: Получается?

Н.БЕЛЫХ: …гарантировать это невозможно. Это не получится ни в Москве, ни в Санкт-Петербурге, ни в Калмыкии у Кирсана Илюмжинова, ни в Кировской области. Но то, что в этом направлении нужно двигаться, это, безусловно, факт. Если уж мы говорим о борьбе с алкоголизацией населения, то мы должны понимать, что такие с виду безобидные мероприятия, как выпускные вечера и последние звонки, к сожалению, имеют такую очень нехорошую статистику в плане печальных последствий. Вот и все.

О.ЖУРАВЛЕВА: Понятно. Спасибо большое. В «Дневнике губернатора» был губернатор Кировской области Никита Белых. Это единственный губернатор, который ведет на наших волнах свой дневник.

В.РОМЕНСКИЙ: Ольга Журавлева. И уже с нами на прямой связи из Кировской области ее губернатор – Никита Белых.

О.ЖУРАВЛЕВА: Здравствуйте, Никита Юрьевич.
В.РОМЕНСКИЙ: Он нам показывает сейчас два пальца. Я не знаю – это «Виктория» или это просто «peace».

О.ЖУРАВЛЕВА: Или это приветствие. ГТРК «Вятка» обеспечивает нам связь. Спасибо им огромное. Мы вот что-то забываем иногда их упомянуть. Больше так не будем делать. Спасибо большое, ГТРК «Вятка» нам еще и видео предлагает. Вы-то только слушаете, а мы еще и слышим Никиту Юрьевича. Никита Юрьевич, соответственно, видит нас.

Н.БЕЛЫХ: И получает эстетическое удовольствие.

О.ЖУРАВЛЕВА: Мы старались, да, мы готовились к эфиру. Номер для связи, как всегда, +7 985 970 4545.

В.РОМЕНСКИЙ: Звонки будем включать, кстати?

О.ЖУРАВЛЕВА: Обязательно. Где-то к концу.

В.РОМЕНСКИЙ: 363 36 59 – вы сможете лично задать вопрос губернатору Кировской области. Но хотелось бы, конечно, чтобы он был в теме нашего сегодняшнего разговора.

О.ЖУРАВЛЕВА: А у нас такая тема, вроде сформулирована – «Поддержка талантливой молодежи». Я так понимаю, это в русле Госсовета, на котором вы выступали, Никита Юрьевич, да? В русле вот этих вот разговоров, что талантливая молодежь нам нужна для будущей модернизации страны, нужно ее найти, вырастить и все такое, да?

В.РОМЕНСКИЙ: То есть кадры не только из-за рубежа надо наши возвращать, но и просто взращивать здесь, на нашей, соответственно, земле.

Н.БЕЛЫХ: Вы так и будете друг с другом разговаривать?

О.ЖУРАВЛЕВА: Нет, мы хотим поговорить с вами, Никита Юрьевич. Дело в том, что здесь есть еще один нюанс, касающийся образования. Вы на Госсовете выступали, делали доклад, говорили про то, чего там надо делать. А в это же время, буквально в пятницу Госдума приняла закон о форме бюджетных учреждений. И все очень напряглись. Потому что государственные муниципальные учреждения нового типа разделились на несколько групп. Казенные учреждения связаны в основном с тюрьмой и так далее, а вот учреждения новые бюджетные, к которым относится и образование, и здравоохранение, я так понимаю, получили некие изменения в своей коммерческой и государственной деятельности. Вы с этим законом знакомы? Оказывать услуги за деньги и все такое.

Н.БЕЛЫХ: Да, на самом деле, дискуссия, которая возникла после рассмотрения Госдумой во втором чтении данного закона, свидетельствует только об одном: у нас, к сожалению, очень плохо люди, общество, информированы о том, что, собственно говоря, происходит. Это касается не только этого закона. Если посмотреть наиболее обсуждаемые темы – обеспечение жильем ветеранов, например, там половина вопросов, которые возникают, возникает в основном от того, что люди либо плохо поняли, либо не услышали, а власть, соответственно, не разъяснила и не сказала о том, что нужно делать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот вы как власть сейчас нам и разъясните, хотя бы по образованию и по здравоохранению, что вы поняли из этого закона. Мы просто читали с Володей – нам трудно понять.

Н.БЕЛЫХ: На самом деле, речь идет только об изменении организационной формы финансирования этих бюджетных учреждений.

В.РОМЕНСКИЙ: Конкретнее.

Н.БЕЛЫХ: Эти учреждения переводятся в статус автономных. Если раньше они финансировались в основном по смете – сколько денег потратили, столько им и выдали, то сейчас они будут финансироваться, исходя из некоего бюджетного задания. То есть будет даваться бюджетное задание в количестве пролеченных, проученных и так далее, и вот это бюджетное задание будет оплачиваться. Как раз там, где это бюджетное задание не может быть сформулировано, а это как раз упомянутые вами тюрьмы и так далее, вот они будут переводиться в разряд казенных учреждений. Это ровным счетом никак не влияет на то, что касается самого формата образования, поскольку формат образования – то, какие дисциплины будут, и прочее, определяется другими совершенно документами, которые называются «государственные стандарты». Соответственно, испуги по поводу того, что те или иные предметы будут платными или бесплатными, они к этому закону отношения не имеют.

В.РОМЕНСКИЙ: Подождите. Смотрите, давайте так. Образовательное учреждение, общеобразовательная школа, она как сможет зарабатывать себе на жизнь? Я так понимаю, этот законопроект или уже закон дает ей такую возможность?

Н.БЕЛЫХ: Он дает ей дополнительную возможность, вообще некую самостоятельность дает. Они как получали деньги из бюджета, так и будут получать. Только меняется формат этого получения. Если раньше они просто приходили и говорили (я очень упрощенно говорю): «мы потратили в этом месяце миллион рублей», им говорят: «нате вам миллион», то сейчас будет так: «Вот вам миллион, вы на этот миллион должны сделать то-то и то-то». Вот и все. А если вы дополнительно что-то заработаете за счет тех услуг, которые вы можете оказывать на рынке, то это просто идет вам в плюс и никак в бюджетном задании не учитывается. И вот это вы можете потратить на премии, еще на что-то дополнительно, хоть «Бентли» на школу купите, и так далее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот это-то и пугает, Никита Юрьевич. Вот тут-то и возникает сколький момент.

Н.БЕЛЫХ: Так я про этот сколький момент и говорю. Что положено ученикам знать, какой объем предметов им будет даваться, не определяется этим законом. Это определяется госстандартами, где четко написано, сколько уроков в неделю должно быть, какие знания человек должен получить, и так далее. На самом деле, этот закон, если он на что-то серьезно влияет, то он влияет серьезно на стимулирование и дополнительную мотивацию бюджетной сети как таковой к более эффективным форматам работы. То, что называется оптимизация. Потому что когда речь идет о бюджетных заданиях, то понятное, что эти бюджетные задания формулируются для всех в неких единых стандартах. И когда выясняется, что есть трехэтажная школа, в которой учится 4 ученика, а бюджетное задание формулируется, сколько учеников должно быть проучено и сколько денег на это выделяется, вот тогда школа начинает понимать, что, в общем-то, она вот в таком виде существовать, наверное, не может.

О.ЖУРАВЛЕВА: А что она теперь делать будет в связи с новым законом?

В.РОМЕНСКИЙ: Что будут делать ученики, самое интересное.

Н.БЕЛЫХ: Секундочку. Вот это уже задача регионов и муниципалитетов.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть она половину школы может сдавать в аренду, а трех учить в оставшемся классе? Вот как?

Н.БЕЛЫХ: Оль, послушайте, мы эту тему с вами уже неоднократно обсуждали. Естественно, поскольку никто не может школу эту закрыть, а эта школа финансируется из муниципального бюджета, тогда уже муниципалитет начинает чесать голова – а что ему, собственно говоря, делать? И он приходит к одной здравой мысли – о том, что ему надо обеспечить доступность к другой школе этих учеников, соответственно, пустить школьный автобус, обеспечить им необходимые условия для того, чтобы вместо четырех неэффективных школ была одна эффективная. Причем под эффективностью понимаются не только и не столько вопросы, связанные с бюджетно-экономическими процессами, сколько качество образования. То есть мы уже неоднократно с вами говорили, в том числе и в наших эфирах, о том, что вопрос денег здесь стоит не на первом месте. Вопрос в том, что в тех же малокомплектных школах, о чем мы уже упомянули, в целом уровень образования ниже, потому что для современного нормального образования дети должны друг с другом конкурировать за знания. А когда у тебя в выпускном классе учится два ученика, какие бы хорошие они ни были и какие бы ни были хорошие преподаватели, никакой конкуренции нет. И, в конечном итоге, ради чего они учатся – ради процесса или ради результата? Если мы понимаем, что в конечном итоге задача – дать качественное образование, то и эти процессы подвигают к необходимости формирования полноценных комплектных школ, полностью оборудованных, с большим количеством учащихся. И, соответственно, вот эти новые организационные формы финансирования, в том числе бюджетного, в этом их подстегивают в каком-то плане. Вот и все.

В.РОМЕНСКИЙ: Хорошо. Я просто хотел отметить, что противники этого закона уже есть, в том числе и в Госдуме. Например, эксперт как раз нашего российского парламента, президент Всероссийского фонда образования Сергей Комков говорит, что ориентировочно к октябрю в рамках готовящейся реформы будет определен перечень обязательных бесплатных предметов, все остальное (я думаю, к остальному будут отнесены развивающие предметы, предметы, формирующие также мировоззрение) будет за счет родителей. То есть, смотрите, о чем говорит Комков? Что к октябрю будет принята норма, по которой музыка – необязательный предмет, труд – тоже необязательный, и рисовать ребенку тоже, в общем, необязательно. Соответственно, для всех…

О.ЖУРАВЛЕВА: И государство же сэкономит тогда, Никита Юрьевич.

Н.БЕЛЫХ: Секундочку, Оля и Володя, если вы внимательно читаете ту же заметку, что и я, в «Новых известиях» Сергея Комкова, то при несложных действиях вы поймете, что речь здесь идет совершенно о другом.

В.РОМЕНСКИЙ: О чем?

Н.БЕЛЫХ: То, о чем говорит Сергей Комков, относится к государственному стандарту. Никакого отношения к закону, который был рассмотрен, в том числе в Государственной Думе, это не имеет. Я сильно сомневаюсь, что те поправки, о которых он говорит, будут приняты, потому что это как раз в корне противоречит тому, о чем мы говорили на Госсовете с президентом. Так вот, если говорить о поправках в эти стандарты образования, то они могут быть как при существующей системе финансирования, так и при новой системе. Вот и все. Тут проблем-то никаких дополнительных не возникает. Тот закон, который вызвал такой переполох, в силу того, что, опять же, людям не объяснили, не разъяснили, о чем идет речь, поймите, в бюджетной сфере с такими процессами сталкиваются достаточно часто, будь это переход на отраслевую систему оплаты труда, вообще переход в систему автономных учреждений…

В.РОМЕНСКИЙ: Ваша позиция понятна. Что не разобрались.

Н.БЕЛЫХ: Володь, дослушай. У нас уже переход на автономные учреждения по ряду объектов социальной сферы, в частности, например, в области культуры, состоялся еще два года назад. И теперь те учреждения культуры, которые это сделали, хлопают в ладоши и говорят: «Слава богу, что мы это сделали». Точно так же и здесь – кричат «Волк, волк!», когда волка нет, а реально содержательные проблемы почему-то уходят в сторону.

В.РОМЕНСКИЙ: Понятно. Ну, то есть вот те госстандарты, по которым в обязательное образование входит от музыки и до иностранного языка, они меняться не будут. Я правильно понимаю?

О.ЖУРАВЛЕВА: Или мы просто не знаем пока еще об этом, и когда это случится, тогда и будем кричать?

Н.БЕЛЫХ: Это точно не является предметом регулирования того закона, который мы сейчас обсуждаем.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо, это просто будет другой закон.

В.РОМЕНСКИЙ: Смотрите, этот закон с тем очень круто связан, насколько я это понимаю. То есть, соответственно, школе говорят: «Вы должны обучать только обязательно вот этому», школа говорит: «Да не вопрос». А все остальное, она говорит: «Ну, вот мы нанимаем специалистов, тот же учитель рисования становится приглашенным за деньги учителем рисования. Родители платят за рисование – он получает эти деньги».

Н.БЕЛЫХ: Вы опираетесь сейчас на мнение Сергея Комкова, которого, я не думаю, что вы многократно видели и с ним эти проблемы обсуждали.

О.ЖУРАВЛЕВА: Он нам просто дал повод для разговора.

Н.БЕЛЫХ: Если вы посмотрите тот же Госсовет, который проходил в четверг с участием президента, там речь шла, например, о введение и включении в программу основного образования, включая техническое, обучение культуре и искусству сквозного курса эстетики обязательных образовательных стандартов, то есть о противоположных вещах. Не о том, чтобы что-то исключить из того, что имеется, а чтобы дополнительно включить с целью развития гармоничной личности. Как раз включить в качестве сквозного курса программы эстетики, мировой художественной культуры, культуроведение и так далее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, вы мне скажите тогда совсем простую вещь. Государство, исходя из этого закона, сможет сэкономить, или это вообще никак не отразится на вложении государства в школы и медучреждения, условно говоря?

Н.БЕЛЫХ: Это не отразится на вложении государства, причем разных уровней. Потому что если мы говорим о школах, это муниципалитеты. Если мы говорим, допустим, о профтехобразовании и клинических больницах, то это субъект. Если говорим о тех же тюрьмах, это федеральный. Я думаю, что это не то чтобы не отразиться, но объемы финансирования будут только расти, а у самих этих учреждений появятся дополнительные возможности, которых сейчас нет. То есть даже если у тех же учреждений существует возможность для получения дополнительных доходов в той системе финансирования сметного характера, которая есть, она просто нереализуема, вот и все.

О.ЖУРАВЛЕВА: Понятно. Единственное, чего всегда опасаются, это что люди увлекутся дополнительными доходами в ущерб основному роду деятельности. Вот что обидно.

В.РОМЕНСКИЙ: Так вот этому и должны быть посвящена информационная политика. Я как раз начал с того, что я критикую власть за то, что очень многие вопросы не разъясняются. Вы посмотрите, у нас большинство тем, важных, актуальных и проблемных с точки зрения общества – пенсионная реформа, реформа жилищно-коммунальная, обеспечение жильем ветеранов, права инвалидов, – по которым принимается серьезный нормативный документ, они почему-то не продвигаются со стороны государства. Видимо, государство как-то привыкло, что те, кому это надо, сами найдут. Никто в 70-80-е годы самиздат не распространял в плане государственной программы. Но просто была потребность – люди его сами искали и читали. И я прекрасно помню, как я в 90е годы, учась в университете, вырезал статьи из газет, которые мне были нужны, или нормативные акты, потому что мне это было нужно. Сейчас у народа очень много источников информации – десятки телеканалов, интернет, газеты, сотни наименований. Поэтому сейчас должны быть совершенно иная позиция государства с точки зрения популяризации и продвижения собственной нормотворческой деятельности. Потому что когда вот эта информация либо не доводится, либо доводится в усеченном формате, это создает огромное поле для каких-то дискуссий. Вот вы часто приглашаете, например, в эфир того же Фурсенко. И вот вы просто как-нибудь отфиксируйте – на половину вопросов, касающихся ЕГЭ, ответ такой: «Почитайте внимательно закон» или «Внимательно разберитесь в вопросе». То есть вопросы не содержательного характера, а связанные с тем, что человек чего-то недопонял.

О.ЖУРАВЛЕВА: Объяснять надо еще другим языком.

Н.БЕЛЫХ: Вот все правильно. Еще раз говорю – когда я говорю об информационной политике со стороны государства, я имею в виду не только объем предоставляемой информации, но и качество этой информации.

В.РОМЕНСКИЙ: Давайте к Госсовету тогда перейдем, потому что действительно интересно.

Н.БЕЛЫХ: Давайте.

В.РОМЕНСКИЙ: Если вы настолько верите президенту и его слово для вас гораздо важней слова господина Комкова…

Н.БЕЛЫХ: Подожди, вот секундочку. Это мои слова, а не слова президента. Я как руководитель рабочей группы на Госсовете предложил президенту…

В.РОМЕНСКИЙ: И ваши слова поддержку встретили?

Н.БЕЛЫХ: Вот это мы увидим в тех поручениях, которые президент подготовит.

О.ЖУРАВЛЕВА: А, то есть пока неизвестно.

Н.БЕЛЫХ: Да, но судя по тем реакциям, которые были не только у президента, но и у участников этого заседания, а я напомню, что это было мероприятие, которое объединило президиум Госсовета при президенте, это семь губернаторов, президиум Совета по культуре и искусству и президиум Совета по науке, технологиям и образованию, то есть это было три совета со всеми деятелями, поэтому там были и ректор Садовничий, и режиссер Табаков, и Пионтковский, и губернаторы, и министр культуры, и министр образования, и так далее. Поэтому, собственно говоря, те тезисы как раз, о которых я говорил, и то, что было предложено рабочей группой, которая работала на протяжении последних трех месяцев с привлечением огромного количества экспертов, эти предложения, на мой взгляд, встретят положительную поддержку со стороны президента, что должно быть отражено в поручениях правительству, тому же министру образования, который сидел рядом со мной на этом заседании.

О.ЖУРАВЛЕВА: Блажен, кто верует, тепло ему на свете. Никита Юрьевич, скажите мне, пожалуйста…

Н.БЕЛЫХ: Вот с каким-то сарказмом опять, Оля, сказано.

О.ЖУРАВЛЕВА: Цитата. Я хотела культурой как бы блеснуть. Я просто читала ваше выступление по поводу того, что вы сейчас говорили. И вот вы говорите о том, что нужно повысить социальный статус, нужно придать ярко выраженный юридический статус школам искусств, профессиональным училищам, вы тут хотите создать комплексную программу по работе с талантливыми учениками. Вот, например, одна фраза: «включить в перечень грантополучателей и педагогов, подготовивших победителей и призеров». Ну, вроде какие-то очевидные совершенно вещи. Но я вот вспоминаю, например, историю со спортом, когда с Володей же здесь сидели и разговаривали с людьми – как они в спорт отдают своих детей. Как только ребенок начинает показывать высокие результаты, родители начинают страшно в это вкладываться, если они в это не вкладываются, результаты уже никого не волнуют, и если ребенок начинает показывать высокие результаты, у него будет и тренер, и все, что угодно. Если ребенок просто хочет заниматься в свое удовольствие, он никому не нужен.

В.РОМЕНСКИЙ: Ну, середнячок. Или не будет он блистать, на олимпиаду не поедет он.

О.ЖУРАВЛЕВА: Не получится ли так, что вот в борьбе за таланты у нас гранты будут получать только те педагоги, которые занимаются с гениальными детьми, а все остальные дети, не такие гениальные, и педагоги более широкого профиля никому не нужны? Такой вариант вы не рассматриваете?

Н.БЕЛЫХ: Нет, не рассматриваю. Ну, на самом деле, Оль, если вы читали многостраничный мой доклад, который я делал, и, собственно, доклад, который был подготовлен рабочей группой на 70-ти страницах с приложениями, то вы увидите, что тема работы с одаренными детьми – это только один из элементов.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну я просто взяла один из элементов как иллюстрацию.

Н.БЕЛЫХ: Да. Потому что когда мы говорим, допустим, о включении программы по эстетике и мировой художественной культуре в программу образования, это касается всех, это не касается только одаренных и талантливых детей. Это мы в целом говорим про школьную программу. Когда мы говорим об оцифровке книжных фондов в библиотеках, это касается не одаренных, это касается всех детей. Когда мы говорим о государственном канале «Вести-Образование», мы говорим, опять же, о максимально широкой аудитории.

В.РОМЕНСКИЙ: А «Бибигон» же есть. Зачем еще «Образование»?

Н.БЕЛЫХ: «Бибигон» – детский канал не совсем образовательного характера.

О.ЖУРАВЛЕВА: А есть еще канал «Культура».

Н.БЕЛЫХ: Мы говорим именно о канале «Образование». Мы говорим о государственной программе поддержки чтения. И так далее. То есть, собственно говоря, вопрос о поддержке талантливых детей – это один из небольших элементов. Если мы понимаем, что в конечном итоге мы все равно должны и государство заинтересованы в этих одаренных, талантливых детях, то очевидно, что должны быть созданы условия, при которых эти дети получат возможность развиваться. Причем те предложения, о которых мы говорили, в том числе по созданию президентского лицея, это как раз предполагает бесплатные для этих детей… причем я, естественно, предложил создать такой первый президентский лицей в Кирове, опираясь на мировой опыт создания подобных учреждений не в мегаполисах, а в провинциях, и президент поручил этот вопрос проработать министру образования совместно с другими заинтересованными ведомствами о создании вот таких президентских лицеев в том же формате, что и кадетские корпуса – по одному на федеральный округ. Вот эти президентские лицеи должны собирать одаренных детей с территории своего федерального округа, чтобы они там жили, обучались и развивались именно как гармоничные личности. Это не узкопрофильная физико-математическая школа, которую я заканчивал, или английская или еще какая-то. Это именно где одаренные талантливые дети получают возможность развиваться по всем направлениям своей одаренности и талантливости.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но опять получается элитное образование такое.

В.РОМЕНСКИЙ: Это, я так понимаю, один из пунктов предложенных.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, президентский лицей – это просто в докладе есть.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, ну, это все очень хорошо. Действительно, Царскосельский лицей – если получится сделать что-нибудь такое, я буду вам лично аплодировать стоя, честное слово.

О.ЖУРАВЛЕВА: Только интересно, как туда будут попадать в конечном итоге.

Н.БЕЛЫХ: Серьезный вопрос, потому что отдельная программа поиска этих одаренных детей. Почему, собственно говоря, и проводятся все эти многочисленные конкурсы, олимпиады, прочее-прочее? Это ведь как раз механизмы поиска одаренных и талантливых детей. Более того, в ряде стран существуют законы о поддержке талантливых детей. Мы прекрасно знаем о том, что в США, в Европе в университетах существуют специальные стипендии и гранты, которые позволяют не платить за учебу спортсменам, программистам, культурологам и так далее. Собственно говоря, то, что во всех странах существуют программы, по которым одаренные и талантливые дети стимулируются, мотивируются, это факт. И как раз это не элитное образование в том плане, что попадание в этот лице абсолютно не зависит от имущественного ценза родителей этих детей. Вот и все.

О.ЖУРАВЛЕВА: Кировский мечтатель.

В.РОМЕНСКИЙ: Очень многое сегодня упоминали вы из своего доклада и прочее-прочее. Мне бы хотелось услышать самое главное: что было предложено вот на этой встрече, на которой присутствовали и министр образования, и президент?

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот что было просто выстрадано?

Н.БЕЛЫХ: И министр культуры.

О.ЖУРАВЛЕВА: Министр финансов там только не присутствовал, вот что жаль.

Н.БЕЛЫХ: Это, кстати, очень серьезный вопрос. Просто он не входит ни в один из этих президиумов. Понятно, что министр образования входит в Совет по образованию и науки, и понятно, что министр культуры входит в Совет по культуре и искусству. Поэтому все министры и руководители ведомств, которые к этим советам относятся, были. Коротко еще раз перечислю.

В.РОМЕНСКИЙ: Давайте самое главное, у нас остается буквально минута.

Н.БЕЛЫХ: Еще раз. Вернуть обучение культуре и искусству в программу основного образования, включая техническое. Поставить перед библиотеками задачу по планомерной оцифровке книжных фондов с использованием ресурсов собственных, и коммерческих и некоммерческих.

О.ЖУРАВЛЕВА: Чтоб по интернету можно было библиотеку посетить, понятно.

Н.БЕЛЫХ: Да-да. Там еще есть проблемы с авторскими правами. Часть 4-я Гражданского кодекса мешает эту работу в полном объеме проводить. Поэтому когда президент говорит, что он скачал «Героя нашего времени» для сына, ну, честно говоря, уже вопрос, не нарушены ли здесь были права авторские потомков Лермонтова и так далее. По комплексной национальной системе поиска поддержки и обеспечения профессионального становления талантливых детей и молодежи. Это как раз то, о чем говорила Оля, о том, как искать этих талантливых детей. Создание сетей из бесплатных, подчеркиваю, специализированных образовательных учреждений, ориентированных на работу с талантливыми детьми, при ведущих институтах развития высшего образования – МГУ, Санкт-Петербургский университет. И создание в ряде субъектов сети государственных образовательных комплексов – президентский лицей, учреждение нового уровня. Вот это то, о чем были мои предложения.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, вот Лена уже третью смску присылает, не могу не прочитать: «Есть еще такие дети, которые не талантливые, и даже более того – дети с отклонениями. А ими не занимается практически никто, кроме дефектологов, которые просто жизнь на это кладут. Нельзя ориентировать образование на поиск одаренных детей. Это смерть всеобщего и доступного образования!»

Н.БЕЛЫХ: С первой частью я соглашусь. Это же был Госсовет. Собственно, пообсуждались темы. И тот же ректор МГУ Садовничий как раз внес предложение по работе с детьми с отклонениями.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, я очень извиняюсь. Давайте продолжим в следующий понедельник. Мы действительно вынуждены сейчас заканчивать. Это был губернатор Кировской области. А мы продолжим после новостей.

В.РОМЕНСКИЙ: И Ольга Журавлева. С нами на связи губернатор Кировской области Никита Белых.

О.ЖУРАВЛЕВА: Здравствуйте, Никита Юрьевич.

Н.БЕЛЫХ: Христос воскресе!

О.ЖУРАВЛЕВА: Воистину.

В.РОМЕНСКИЙ: Воистину.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я просто сразу приношу свои извинения – я тут в предыдущей части вспомнила дело Калоева и совершенно зря назвала SkyLink’ом эту компанию. Это, естественно, была компания SkyGuide – спасибо Сергею, который меня поправил.

В.РОМЕНСКИЙ: А кстати, Никита Юрьевич, как вы относитесь к инициативе, с которой выступает Роберт Шлегель? Вы, наверное, уже о ней слышали.

О.ЖУРАВЛЕВА: Запретить цитирование террористов в СМИ. Вот не предоставление им просто эфира, а цитирование их заявлений.

В.РОМЕНСКИЙ: То есть Доку Умаров заявил, что он берет на себя ответственность за теракты в московской подземке.

О.ЖУРАВЛЕВА: И вот он сделал это потому-то и потому-то, он считает, что это так.

Н.БЕЛЫХ: Ну, я сейчас даже не хочу обсуждать, насколько это правильно или неправильно. Это просто технически невыполнимо по определению.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы имеете в виду интернет?

Н.БЕЛЫХ: И интернет. Собственно говоря, сначала человек выступал с какой-то целью, а потом оказалось, что он террорист. И задним числом давайте все его заявления вычищать из СМИ. То есть Доку Умаров до того, как взял на себя ответственность за теракты, как кто воспринимается и позиционируется?

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, он уже тогда был террористом в международном розыске, по другим делам.

Н.БЕЛЫХ: Ну хорошо. Кого в данном случае мы считаем террористами? Что он по официальным базам ФСБ и Интерпола проходит?

В.РОМЕНСКИЙ: Да, в международном розыске. И кого обвиняют. Кто осужден, кого обвиняют.

О.ЖУРАВЛЕВА: А презумпция невиновности?

Н.БЕЛЫХ: Вот именно. То есть тут очень такая скользкая тема. Поэтому я считаю, что даже не стоит эту тему обсуждать. Она нерабочая.

О.ЖУРАВЛЕВА: Понятно. Вы не верите в ее перспективу. Все понятно. Хорошо. Прежде чем перейти к тарифам на услуги ЖКХ, еще один коротенький вопросик. Понятно, что вы не готовились, это вполне новая новость, скажем так. Президент России считает необходимым проводить торги одновременно на строительство и эксплуатацию дорог, чтобы снизить затраты. Я так понимаю, что сначала проводились торги – одни строили, другие эксплуатировали. Медведев предлагает две эти функции совместить. У вас с дорогами всегда актуальная тема, насколько я понимаю, в регионе.

В.РОМЕНСКИЙ: Да вообще в России уже очень давно актуальная тема.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да. Скажите, как на первый взгляд, инициатива имеет будущее?

Н.БЕЛЫХ: Имеет. Ну, имеет, потому что это инициатива президента, а не Роберта Шлегеля. И по смысле во многом она, собственно говоря, на практике реализуется, поскольку я не думаю, что у нас какое-то большое количество компаний, которые занимаются исключительно эксплуатацией или, правильнее говорить, зимним и летним содержанием дорог. Вот у нас все-таки в основном те компании, которые на рынке присутствуют, то есть они занимаются и строительством, и ремонтом, и содержанием автомобильных дорог. Другое дело, что сами торги действительно разделены. То есть есть торги на строительство, есть торги на капитальный ремонт, есть торги на вот это зимнее и летнее содержание дорог. То есть с точки зрения участников процесса это никак, собственно, ситуацию не изменит – не увеличит, не уменьшит. С точки зрения простоты и более четкой ответственности того или иного субъекта, да, это правильный, мне кажется, шаг. И если позволят спрашивать и с тех, кто строит, и с тех, кто содержит, за конечный продукт. Потому что людей ведь интересует не кто как строили и кто как содержал, и можно ли по этой дороге ездить или нет. И, собственно говоря, те пучины на дорогах являлись ли ошибкой при проектировании и строительстве дороги или неверной ее эксплуатации, по большому счету, человека не волнует. Его волнует, чтобы можно было проехать в любое время года и в любое время суток.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот как раз по этому поводу человек под псевдонимом «Ужас-Ужас» пишет: «По городу и области реально невозможно проехать. Такого кошмара еще не было. Только не надо рассказывать о доставшемся тяжелом наследии предыдущего руководства». С чем связан ужас-ужас по вашему?

Н.БЕЛЫХ: Нет, на самом деле, Ужас-Ужас неправ, когда об этом говорит, поскольку, естественно, каждый раз, когда начинается весна, автолюбители, которые выехали на дороги, говорят: «Нет, в прошлом году было лучше», хотя на самом деле в прошлом году лучше не было. Ситуация действительно тяжелая, она тяжелая каждый год. На дорогах как областного подчинения, так и уличной сети города. Собственно говоря, причины понятны. Общий недоремонт дорог, который не был сделан за последние несколько лет, даже десятков лет, составляет порядка 50 миллиардов рублей. То есть для того, чтобы в принципе дороги в области привести в состояние нормальное, на это нужно 50 миллиардов рублей. Таких денег нет. То есть каждый год выделяется миллиард, полтора, два. Понятно, что при таком подходе все равно это некое затыкание дырок и латание Тришкиного кафтана. Всегда будут дороги, которые стали лучше по отношению к прошлогодним. Но, естественно, те дороги, которые не отремонтировали за этот год, состояние свое ухудшили. Поэтому, собственно говоря, это жизнь. Мы сегодня будем говорить о сфере ЖКХ – там очень много сходных проблем.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну тогда, может быть, к ней и перейдем?

В.РОМЕНСКИЙ: Сейчас, одну секунду. Я просто напомню, что это губернатор Кировской области Никита Белых – как обычно, по понедельникам в дневном «Развороте», который ведут Владимир Роменский и Ольга Журавлева. И вы, я надеюсь, тоже присоединитесь к нам, потому что вы свои вопросы тоже сможете задать, причем не только по смс по номеру +7 985 970 4545, но и в прямом эфире лично обратиться к губернатору. Этим мы будем заниматься в последние 10 минут этого часа. А теперь, наверное, к ЖКХ.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, у нас были громкие заявления, призывы, было выступление Козака, и президент давал указания по поводу того, что тарифы ЖКХ оказались сильно завышенными в среднем по стране. Попросили разобраться. Вы у себя разбирались? Что завышено, из чего складываются тарифы ЖКХ, кто виноват и что делать? Или у вас вообще все хорошо?

Н.БЕЛЫХ: Нет, с ЖКХ у нас как раз, мягко скажем, все нехорошо. Хотя с тарифами или, точнее, с ростом тарифов ситуация лучше, чем в целом по России, действительно.

В.РОМЕНСКИЙ: На сколько у вас в среднем выросли они?

Н.БЕЛЫХ: Ну, мы считаем по отдельным категориям регионов. То есть в 98% муниципальных образований рост составил от 103 до 120%. В 7 муниципальных образованиях – от 101 до 124%.

В.РОМЕНСКИЙ: Я не могу понять. Вот что говорил вице-премьер – в среднем по России тарифы повысились на 15%. Вы говорите о каких-то 120-ти.

Н.БЕЛЫХ: Я еще раз говорю, эти 115% – это средняя температура по больнице. Это означает, что в каких-то муниципальных образованиях они повысились на 1%, в каких-то – на 30 или 40%. И, собственно говоря, весь пафос выступлений руководителей страны касался того, что надо очень внимательно смотреть именно на ту категорию, которая вышла за рамки предельного повышения тарифов. А вот эти рамки – это 125%. То есть поэтому примерно сказано следующее: делайте все, что угодно, но выше 125% рост тарифов быть не должен.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть четверть.

Н.БЕЛЫХ: Да, 25%. У нас из 396 муниципальных образований такой рост был допущен в одном городском поселении. И, собственно говоря, именно там сейчас предпринимаются меры, направленные на…

В.РОМЕНСКИЙ: Карательные.

Н.БЕЛЫХ: Они даже не карательные. Они направлены на социальную защиту граждан. Им дополнительно предоставляются субсидии, чтобы этот рост сгладить. А в целом уровень повышения чуть ниже, чем в целом по России. Я еще раз говорю, почему я использовал эти цифры: в подавляющем большинство территорий рост тарифов составил от 103 до 120. То есть в среднем порядка 111-112% составил рост тарифов ЖКХ. Но я бы хотел, на самом деле, заметить, что тарифы ЖКХ – это тема очень сложная, и по своей сути она касается как экономической, так и социальной составляющей. Начнем с того, что, собственно, тарифы ведь как считаются? Есть затраты, которые несут те, кто предоставляет эти услуги, и тарифы просто считаются как компенсация этих затрат, в некоторых случаях добавляется инвест-составляющая, в некоторых случаях закладывается какая-то норма рентабельности. Вот, собственно говоря, и все. И проблема заключается в том, что если объективно затраты растут, причем большими темпами, то тут, в общем, ограничивай тарифы, не ограничивай, вопрос возникает: хорошо, а кто эти затраты в этом случае должен нести?

О.ЖУРАВЛЕВА: А что значит «растут затраты»? Вот на примере чего-то одного объясните просто людям на пальцах, с чем это связано, потому что нам это просто кажется, что просто некий дяденька решил, что он будет побольше зарабатывать, и всем нам приписал по 10 рублей.

Н.БЕЛЫХ: Есть и то, о чем вы говорите, такой, что называется, необъективный рост тарифов, но в большинстве случаев, на самом деле, речь идет о ситуации более сложной и одновременно более грустной. Состояние жилищно-коммунального комплекса в России, мягко скажем, оставляет желать лучшего. Что происходит сейчас, например, с ситуацией по теплу? Вот у нас в Кировской области газифицировано около 30% населенных пунктов. То есть остальные населенные пункты не газифицированы. Это означает, что тепло вырабатывается за счет других энергоресурсов – угля и мазута. Торф – это отдельная история. Это как раз то, о чем я с премьер-министром Путиным разговаривал в четверг, как раз по развитию торфяной промышленности в том числе. И, соответственно, как колеблются цены на уголь и мазут, от этого во многом зависит и стоимость той тепловой энергии, которая получается. Соответственно, поскольку колебания эти достаточно легко посмотреть, они в течение периода имеют амплитуду, значительно превышающую 25%. Если вы просто посмотрите, как мазут скакал, то вы поймете, что, в общем, очень сложно угадать и уместить рост стоимости того же мазута в те рамки по тарифному плану, которые предполагаются.

В.РОМЕНСКИЙ: У меня просто один вопрос, Никита Юрьевич. А кто-то следит за тем, чтобы компания, которая предоставляет эти услуги, к примеру, не завышала сама по себе? То есть она говорит: «Ой, Никита Юрьевич, вы знаете, сейчас мазут такой дорогой, поэтому мы на 200% и подняли».

О.ЖУРАВЛЕВА: Как контроль осуществляется?

Н.БЕЛЫХ: Контроль осуществляется тарифными органами. То есть учитывается, какая стоимость реально заложена угля, мазута, торфа, и этот-то контроль ведется.

В.РОМЕНСКИЙ: А если контроль ведется, тогда почему вице-премьер говорит: «Нет, там, где больше 25%, мы будем снижать»?

Н.БЕЛЫХ: Так вот я, собственно, с этого и начал разговор, что тарифы – это штука такая, экономика социального характера. И понятно, что экономически обоснованным может быть и рост тарифов на 50%.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но социально это неприемлемо.

Н.БЕЛЫХ: Но социально это неприемлемо. Поэтому говорится: все понятно, мы понимаем, что реально стоимость энергии выросла на 50%, но больше 25-ти не моги поднять.

О.ЖУРАВЛЕВА: И что тогда дальше-то будет происходить?

Н.БЕЛЫХ: На этом рыночная экономика заканчивается. А дальше, собственно говоря, предлагается уже использовать методы и механизмы социальной поддержки, то есть, собственно говоря, людям предоставлять различные субсидии целевые для оплаты соответствующих жилищно-коммунальных услуг, и пытаться в корне менять ситуацию с этим ЖКХ для того, чтобы сделать ситуацию по тарифам более приемлемой, более экономически эффективной и более прогнозируемой. Я вам цены на мазут просто в качестве одной составляющей привел. На самом деле, на стоимость гигакалорий влияет и множество других факторов. Ну, начнем с того, что потери в сетях. Мы понимаем, что сети старые. У нас есть примеры, когда до 44% составляют потери в сетях. То есть тепло, которое просто уходит в воздух физически. И понятно, что резонный ответ: «вы их отремонтируйте». Только отремонтируйте за счет чего? Любые инвестиции в конечном итоге будут отражаться на том же тарифе. По большому счету, можно провести капитальную модернизацию, но для этого тарифы надо поднять на 150%, чтобы была некая экономическая целесообразность. Или тогда надо давать бесплатные деньги из бюджета. А бесплатные деньги из бюджета – это те же деньги, собранные с налогоплательщиков, но уже не в виде оплаты услуг ЖКХ, а в виде налогов. То есть, в конечном итоге, деньги ниоткуда не берутся. Это надо четко для себя уяснить. Третий момент – это вопросы, связанные вообще со структурой размещения населения и производительных сил. То есть когда, например, многие котельные строились, они строились исходя из того, что было понятно, сколько людей проживает в определенном жилом комплексе…

О.ЖУРАВЛЕВА: Понятно. Сейчас мощности, может, не хватает или, наоборот, лишняя какая-то.

Н.БЕЛЫХ: Вот ситуация как раз, что называется, наоборот: люди из деревень уезжают. Ведь проблема этих высоких тарифов – это проблема в основном не городская. Это проблема сельских населенных пунктов.

В.РОМЕНСКИЙ: То есть топят зазря много?

Н.БЕЛЫХ: Ну, то есть просто котельная рассчитана…

О.ЖУРАВЛЕВА: Большущую котельную содержит малое количество потребителей.

Н.БЕЛЫХ: ..на отопление 50-ти домов. Из этих 50-ти домов люди просто уехали, осталось 2-3 дома. Это то, что реально происходит. И вот эти 2-3 семьи, 2-3 домохозяйства действительно являются потребителями энергии. Но вы понимаете, что постоянные затраты у вот этой котельной, которая была предназначена на принципиально другое количество потребителей, они остались неизменными. А что это означает? Это означает, что стоимость услуг ЖКХ для этих потребителей выросла. Поэтому я, собственно, к чему это веду? Просто чтобы использовать механизмы тарифного регулирования как экономико-социальные механизмы, то тоже у нас ситуация будет как с дорогами. То есть надо будет каждый раз – тут проблемку заткнули, тут заткнули. В целом необходима очень серьезная модернизация ЖКХ. Это пересекается и с идеями президента по энергосбережению и по новому закону, который был принят. Это составная часть этой логики. Это пересекается и с вопросами, связанными с альтернативными видами топлива, в частности, с той программой, которую мы развиваем, по развитию торфяной промышленности в Кировской области как ресурса даже не столько более дешевого, как тот же уголь или мазут, сколько более прогнозируемую. То есть мы понимаем, что экономика торфа, который находится у нас тут в Кировской области, зависит от таких-то факторов: стоимость рабочей силы, стоимость железнодорожных перевозок. И мы как раз с председателем правительства и говорили о тарифах ж/д перевозки внутри региона.

В.РОМЕНСКИЙ: Ну я просто помню, что с господином Путиным Никита Юрьевич встречался не далече как 1-го апреля.

Н.БЕЛЫХ: Да.

В.РОМЕНСКИЙ: Что было, кстати, за закрытыми дверями? После этого вопроса, я просто напомню, мы будем принимать звонки на номер 363 36 59.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, что-то вас поразило на этой встрече с президентом?

В.РОМЕНСКИЙ: Потому что везде только то, что было для прессы. А потом двери закрыли.

О.ЖУРАВЛЕВА: И что ж там произошло?

Н.БЕЛЫХ: Ну, это общая практика, как эти встречи проходят.

О.ЖУРАВЛЕВА: Это понятно. Но вы нам по знакомству расскажите.

Н.БЕЛЫХ: Была очень конструктивная встреча. Она касалась решения нескольких проблем. Одна из них касалась, естественно, проблемы моногорода Вятские Поляны. И был дан ряд поручений, которые сопровождались звонками прямо из кабинета Совета Правительства, в адрес некоторых руководителей федеральных министерств и ведомств с настойчивым пожеланием ускорить процесс рассмотрения той программы, которая по Вятским Полянам предложена.

В.РОМЕНСКИЙ: То есть вы сидите, беседуете, вы говорите – так и так. Он берет трубку, звонит какому-то министру и говорит: «Так, почему не разобрались? Быстро сделать».

О.ЖУРАВЛЕВА: Ручное управление, я это называю.

Н.БЕЛЫХ: Вот именно так это и происходит. То есть в данном случае меня интересует результат. Если после этого те руководители ведомств, которые не выходили на связь, сами стали отзванивать с «чем мы можем помочь?», для меня это результат, честно говоря.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но в общем вы довольны в целом этой встречей?

Н.БЕЛЫХ: Да, абсолютно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Результативно. Давай звонки.

В.РОМЕНСКИЙ: Да, 363 36 59. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте. Саратов, Анатолий Алексеевич. Я по поводу того, что сейчас он говорит – субсидировать население. Это то же самое – передача тех же бюджетных средств этим монополистам. Кто там тепло представляет, кто газ. Вы понимаете? Не проще людям сразу уменьшить тариф, а из бюджета дотировать монополистов? Иначе, чтобы субсидии получить, люди должны столько инстанций пройти, столько предоставить справок, и многие из них плюнут и потом не будут ходить.

В.РОМЕНСКИЙ: Понятно. Спасибо вам за ваш вопрос.

Н.БЕЛЫХ: Вопрос абсолютно обоснованный. Но только мы должны понимать, что если мы говорим о механизмах социальной поддержки, то на механизмы социальной поддержки имеют право далеко не все, а люди с определенным уровнем доходов. То есть те справки, о которых звонивший спрашивал, это, собственно говоря, справки, в основном подтверждающие, что у человека доходов немного, а платить ему приходится много, больше, чем определенная сумма. То есть если человек, грубо говоря, зарабатывает сто миллионов в месяц, то он эту меру социальной поддержки не получит. А если использовать тот механизм, который предлагался, он говорит, что дотируйте самих монополистов, снизьте тарифы, и все, это будет означать, что тогда все получат меру социальной поддержки, независимо от своего имущественного положения и доходов. А это с точки зрения социальной политики неправильно, потому что социальную поддержку должны получать те, кто в ней нуждается, а не просто общим чохом.

В.РОМЕНСКИЙ: Ответ засчитан. Следующий вопрос мы принимаем от слушателя. 363 36 59. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло. Я из Жуковского звоню. Эльвира. Вы знаете, вот вы говорите об оплате. Сейчас апрель-месяц. В квартире совершенно невыносимо быть. Хорошо, есть переключатель – отключаем отопление. Неужели нельзя уменьшить это отопление?

О.ЖУРАВЛЕВА: Понятно, Эльвира. Спасибо. Понятная проблема абсолютно. На самом деле, такое бывает. Это тоже кто-то контролирует? Потому что говорят, котельные специально выжигают максимум топлива, чтобы на следующий год получить столько же. На всякий случай – вдруг холодно будет?

Н.БЕЛЫХ: Есть такая проблема.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так это значит, деньги в трубу улетают.

Н.БЕЛЫХ: Оль, я поэтому и говорил о том, что в росте и вообще в тарифообразовании есть вопросы, которые носят объективный характер – цены на энергоносители, потери, сокращение потребителей, а есть субъективные. Я, упаси бог, не собираюсь здесь оправдывать действия отдельно взятых котельных или отдельно взятых монополистов. За ними действительно глаз да глаз нужен, чтобы такого рода действия не предпринимались.

В.РОМЕНСКИЙ: Слушайте, а нормально вообще контролируется это?

О.ЖУРАВЛЕВА: На каком уровне это вообще должно контролироваться? Вот если, скажем, в каком-то городке, в муниципалитет нужно обращаться с реляциями по этому поводу или как?

Н.БЕЛЫХ: Да, вообще мы уже несколько раз эту тему обсуждали. И, мне кажется, когда не будет каких-то внезапных тем, как на прошлой неделе грустная, связанная с терактами, хорошо было бы поговорить вообще о том, у кого какие полномочия – что федерация должна, что регион, что должны делать муниципалитеты. Просто тема жилищно-коммунального хозяйства, в соответствии со 131-м законом, это полностью прерогатива муниципальных образований. И вот вопросы, касающиеся функционирования котельных, тепла в доме, света, канализации в доме, это вопросы, которые полностью относятся к ведению как раз муниципальных органов власти. Поэтому на вопрос, кто должен на это реагировать, это муниципалитеты. Поэтому здесь очень важно, чтобы каждый из потребителей и жителей, населяющих необъятные просторы Российской Федерации, четко понимал, кто за какой круг вопросов отвечает. Потому что проще всего сказать, что за все отвечает президент или премьер-министр. Но на самом деле это не так.

В.РОМЕНСКИЙ: Мы успеем принять еще один звонок?

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, если это будет компактный звонок.

В.РОМЕНСКИЙ: Мы просим вас быть компактными. 363 36 59. Говорите, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Екатеринбург, Владимир.

В.РОМЕНСКИЙ: Скажите вопрос, только коротко.

СЛУШАТЕЛЬ: Короткий вопрос. А почему вообще сейчас заставляют домовые расходы за соседа платить? То есть общедомовые расходы по счетчику берут, и если баланс не идет…

О.ЖУРАВЛЕВА: А, все понятно. Никита Юрьевич, это когда расписывают расходы, на весь дом делят. На всех делят все, что нужно еще оплатить за неплательщиков, еще за кого-то, за то, что лампочки в подъезде. Расписывают на всех чохом, неважно, платишь ты или не платишь. Есть такая система? Надо же содержать ту же котельную или эту самую штуку, электростанцию.

Н.БЕЛЫХ: Такая система, безусловно, неправильная. И те управляющие компании и организации, которые занимаются поставкой соответствующих жилищно-коммунальных услуг, конечно, неправы. Но, с другой стороны, тут очень важна все-таки еще и гражданская позиция. Потому что в конечном итоге люди должны знать своих героев. То есть если человек у себя дома платит за тепло, за квартиру, за газ, за свет и прочее, а сосед этого не делает, то тот, кто платит, должен понимать, что в конечном итоге рано или поздно это все вернется в качестве повышенных тарифов на него, потому что действительно это топливо надо закупать – значит, эти сети нужно содержать. В конечном итоге, те, кто занимаются поставкой этих услуг, они эти затраты на него переложат. Поэтому гражданин должен внимательно следить – мало того, чтобы сам оплатил, еще и чтобы сосед все сделал в свое время и в полном объеме.

В.РОМЕНСКИЙ: Вешайте доску позора и героев на нее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да. Между прочим, в некоторых местах Москвы это делается, действительно.

Н.БЕЛЫХ: Ну а как? Если говорить по области, то у нас таких неплательщиков в нашей небольшой и небогатой области более, чем на миллиард рублей. Понятно, что этот миллиард кто-то должен будет оплатить.

В.РОМЕНСКИЙ: К сожалению, мы вынуждены закончить.

О.ЖУРАВЛЕВА: Все понятно. Спасибо большое, Никита Юрьевич. Всего доброго.

В.РОМЕНСКИЙ: Губернатор Кировской области был с нами.

В.РОМЕНСКИЙ: И Ольга Журавлева. С нами на связи…

О.ЖУРАВЛЕВА: Губернатор Кировской области. В.РОМЕНСКИЙ: Никита Белых. Точно также работает наш SMS +7 985 970-45-45. Если что-то из того, что вы услышите, вам будет непонятно, вы можете задавать вопросы.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я только напомню, что губернатор находится в студии ГТРК «Вятка» и мы видим его посредством специальных технических способов, как это называется? Технических ухищрений. Дело в том, что сегодня, конечно, тема дня – это теракты в Москве. Здравствуйте, Никита Юрьевич.

Н.БЕЛЫХ: Здравствуйте. Да, как-то сказать «Добрый день» язык не поворачивается у меня.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да. Дело в том, что, естественно, у вас регион в этом смысле какой-то более благополучный, да? У вас нет огромного потока мигрантов, у вас нет границ со всякими регионами опасными, скажем так, в кавычках, да? Но тем не менее, сегодня было обращение к губернаторам всех наших регионов с призывом бороться, во-первых, с терроризмом – это понятно. А во-вторых, усилить меры безопасности, обратить внимание на безопасность на транспорте и так далее. Скажите, пожалуйста, Никита Юрьевич, вы как восприняли вот эти вещи? И на что вы в первую очередь обратите внимание, о чем вы в первую очередь подумали?

Н.БЕЛЫХ: Ну, все-таки, начну с того, что я хотел бы в эфире радиостанции принести тоже соболезнования семьям погибших и пострадавших людей в ходе сегодняшних трагических событий. К сожалению, вопросы терроризма – они не локализованы только в столичном центре или, там, в крупных городах. Если говорить о проблемах, связанных с безопасностью, то да, наверное, в Кировской области нет метрополитена. С другой стороны, есть объекты повышенной опасности, завод по уничтожению химического оружия, да? Понятно, что мало не покажется никому, не дай бог что.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но железная дорога у вас в любом случае.

В.РОМЕНСКИЙ: Автовокзал.

Н.БЕЛЫХ: Да. Есть другие объекты. У нас в целом по области насчитывается 98 объектов повышенной опасности, за которыми ведется, как бы, постоянный контроль с точки зрения обеспечения необходимых действий. Да, было сказано президентом о необходимости повышения контроля именно за состоянием на транспорте. У нас буквально несколько месяцев назад проходило заседание Антитеррористической комиссии. А надо сказать, в каждом регионе в соответствии с законодательством РФ создана Антитеррористическая комиссия, которую возглавляет губернатор, которая не реже, чем 1 раз в квартал проводит заседание. И вот так получилось, что в IV квартале 2009 года у нас как раз тема была «Железнодорожный транспорт и обеспечение безопасности на железнодорожном транспорте», где мы подробно рассматривали ситуации, связанные с железной дорогой. А Киров – один из крупных железнодорожных узлов, у нас в Кировской области идет пересечение Горьковской и Северной железной дороги, большой объем и пассажиропотоков, и грузопотоков. Поэтому тема, которая затронута, она весьма и весьма актуальна.

То есть, с одной стороны, вопросы по обеспечению безопасности на железнодорожном транспорте стоят постоянно. И это плюс, потому что тема постоянно находится на контроле. С другой стороны, конечно, если отдавать себе отчет, все ли сделано для того, чтобы не было никаких… или минимизировать подобного рода угрозы, то, конечно, нет. И с точки зрения оборудования железнодорожных вокзалов видеокамерами и с точки зрения иных мер безопасности. То есть, есть, условно говоря, что развивать и соответствующие поручения сформулированы.

В.РОМЕНСКИЙ: А почему это не развито еще?

Н.БЕЛЫХ: Вопрос, как правило, упирается в деньги. Хоть и было сказано Степашиным, что на безопасности экономить нельзя, очень часто эти объекты являются объектами разного соподчинения. То есть, допустим, берем мы железную дорогу. Кто должен обеспечивать безопасность на железной дороге? РЖД? Город, где находится железнодорожная станция? Или регион, у которого находятся соответствующие полномочия в соответствии с Законом о борьбе с терроризмом?

В.РОМЕНСКИЙ: И кто же?

Н.БЕЛЫХ: Ну, вот, совместная деятельность, да? Поэтому, по сути дела, решением Антитеррористической комиссии нашей региональной в IV квартале 2009 года были рекомендации в адрес Российских Железных Дорог с точки зрения оснащения видеокамерами крупнейших железнодорожных центров Кировской области, которые сейчас оснащены, но на взгляд экспертов, недостаточно для того, чтобы предотвращать подобного рода риски. Поэтому, условно говоря, найдет ли РЖД у себя в бюджете соответствующие средства, мы за это поручиться не можем. В то же время, там, по разделению, как бы, полномочий, мы за счет бюджета не можем устанавливать подобного рода системы безопасности на объектах, которые нам не принадлежат.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, скажите пожалуйста, а сегодня сразу после террористических актов в Москве какие меры безопасности были приняты у вас? Было ли какое-то усиление?

О.ЖУРАВЛЕВА: Может быть, какие-то профилактические рейды или еще что-то такое? Об этом, во всяком случае, сообщают из разных регионов. Кто там в метро усилил меры безопасности, кто что. У вас это было?

Н.БЕЛЫХ: Ну, органы внутренних дел приведены в состояние повышенной готовности.

В.РОМЕНСКИЙ: Ну, что это значит? Это значит, что всех вызвали на работу, тех, кто выходной? Или еще что-то?

Н.БЕЛЫХ: Многих вызвали на работу. Увеличено количество патрулей на территории. Там что касается постов ДПС и, собственно говоря, тех же железнодорожных вокзалов, усилено наблюдение, опять же, и по количеству людей, и по интенсивности их работы. Ну, поскольку у нас метрополитена нет, то, собственно говоря, через специальные меры, которые предпринимаются в тех регионах, где в областных центрах есть метрополитены, у нас таких мер по объективным причинам, естественно, не производится.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич и еще один вопрос. Путин призывает глав регионов активнее оказывать помощь правоохранительным органам в борьбе с терроризмом. Как, вот, вы и другие главы регионов можете оказывать бóльшую помощь правоохранительным органам? Это что значит?

О.ЖУРАВЛЕВА: Или, может, они приходят и просят вас о чем-то. А вы им отказываете?

Н.БЕЛЫХ: Кардинально вопросы могут решаться в рамках региональных целевых программ. То есть у каждого региона или почти у каждого есть целевые программы, которые так или иначе направлены на повышение безопасности. То есть они могут называться «Безопасный город», «Безопасный регион» – это, как правило, программы, которые предполагают оснащение за счет средств региона.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, выделение, короче говоря, денег от региона.

Н.БЕЛЫХ: Выделение денег на конкретные цели. То есть не просто, что называется, деньги, которые идут, допустим, на форму или на заработную плату. Это как правило деньги, выделяемые конкретно на те же камеры видеонаблюдения.

В.РОМЕНСКИЙ: А как происходит сотрудничество? Это правоохранительные органы говорят, что «у нас здесь дырка, нам надо ее затыкать, но нет средств»? Либо вы как человек знающий…

О.ЖУРАВЛЕВА: С инициативой выступаете, может быть?

Н.БЕЛЫХ: Да. То есть там приходят ваши подчиненные и говорят: «Никита Юрьевич, мы вот здесь проспали, здесь, вот, террористы могут…»

Н.БЕЛЫХ: Это дорога с двусторонним движением, чтобы было понятно. Естественно, есть инициатива, и в первую очередь это инициатива органов внутренних дел, поскольку они лучше понимают, где у них, собственно говоря, слабые места, да? Есть и, собственно говоря, наше понимание, особенно когда речь касается таких направлений как безопасность на дорогах, когда речь касается, действительно, работы дпсников или железнодорожной милиции. Здесь могут быть инициативы и от регионов. Но еще раз говорю, как правило, речь идет о выделении денежных средств, которые имеют целевой характер. То есть это могут быть системы видеонаблюдения, это может быть приобретение техники. В частности, допустим, в прошлом году достаточно активно приобреталась техника, но это были совместные деньги и федерального бюджета, и областного бюджета, то есть на приобретение, допустим, автомобилей для органов внутренних дел. Ну, причем, автомобиль, естественно, не представительский, а конкретно рабочих машин, на которых осуществляется патрулирование и тому подобное. Вот, в рамках таких целевых программ, собственно говоря, и возможна совместная деятельность правоохранительных органов и субъектов, потому что, вообще-то, как мы понимаем, система правоохранительная – это система федерального подчинения, то есть непосредственно они не подчиняются губернатору или мэру в регионе.

О.ЖУРАВЛЕВА: Получается, что граждане платят дважды. С одной стороны, они свои налоги в МВД отправляют. С другой стороны, через губернию свою отправляют туда же. Получается так, да?

Н.БЕЛЫХ: Нет. Ну, дело в том, что у нас бюджетная система предполагает наличие нескольких уровней. И в конечном итоге, когда человек платит те или иные налоги, или, там, предприятие платит те или иные налоги, часть из них зачисляется в муниципальный бюджет, часть из них зачисляется в федеральный, часть в региональный. И, собственно говоря, в этом ничего необычного нет. Поэтому в конечном итоге там дополнительных каких-то сборов с населения на обеспечение безопасности не собирается. То есть это получается просто, что частично за счет той части налогов, которые уходят в федеральный бюджет, осуществляется финансирование программ, частично за счет тех налогов, которые идут в областной бюджет, осуществляется финансирование.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Белых, губернатор Кировской области на связи с нами из Кировской области. Это дневной «Разворот», а сейчас новости.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЕВА: Это дневной «Разворот», в Москве 15:47, и у нас на связи губернатор Кировской области, он находится в студии ГТРК «Вятка» Никита Белых, и мы продолжаем говорить о безопасности. А ведут дневной «Разворот» Владимир Роменский.

В.РОМЕНСКИЙ: И Ольга Журавлева. Причиной, конечно же, выбора такой темы послужили те 2 теракта, которые унесли более 30 жизней пассажиров московского метро.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, есть еще один момент, который сегодня для меня, во всяком случае, особенно таким, важным показался во время этих событий, которые произошли сегодня рано утром. Самая страшная часть вот этой истории – это отсутствие информации. Для людей, которые находились в транспорте и не понимали, почему не двигается метро или почему идет такая толпа, для людей, которые не могли найти родственников и многие до сих пор их не могут найти, и масса всяких других вещей. Система оповещения – вот это тоже очень важная вещь при любой чрезвычайной ситуации. Вы занимаетесь этим вопросом в регионе?

Н.БЕЛЫХ: Да, занимаемся. Тем более, что эти системы оповещения – они нужны не только для противодействия терроризму, но и в целом для любых вопросов, связанных с безопасностью. То есть мы понимаем, что когда мы говорим о безопасности, это не только вопросы борьбы с терроризмом. То есть у нас существует, к сожалению, большое количество техногенных катастроф.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, у вас еще есть и кроме тех отходов, о которых вы говорили, у вас еще есть химкомбинат.

Н.БЕЛЫХ: Химкомбинат, да. Там есть в конечном итоге просто природные явления. Вот, сейчас достаточно высокий риск паводков, наводнений и так далее. Поэтому, естественно, вопросам, связанным с оповещением, уделяется большое внимание. И там как раз и в 2009, и в 2010 году, несмотря на тяжелое состояние бюджета, на это деньги выделяем. Поскольку как правильно сказали, вопросы информирования населения о происходящем и, собственно говоря, некое руководство действиями населения, действительно, являются ключевым в данном вопросе.

О.ЖУРАВЛЕВА: А на что выделяются деньги, я прошу прощения?

Н.БЕЛЫХ: Сейчас, я извиняюсь, докончу… Тут еще важно понимать, что система оповещения – она не работает, собственно говоря, без работы некоего информационного центра. Потому что для того, чтобы оповещать людей, нужно знать, о чем их оповещать. Нужны, собственно говоря, конкретные решения штабного характера, и для этого во всех регионах предписано создание информационных центров региональных, которые, с одной стороны, имеют обратную связь с тем, что происходит в регионе, и в этих информационных центрах уже и формулируются решения, которые в дальнейшем через эти оповещательные системы доводятся до населения и до заинтересованных субъектов. Поэтому эта работа в регионах тоже ведется, и, как правило, есть тоже рабочие вопросы, связанные с тем, что не совсем понятно, должно это быть федеральной структурой при МЧС или должно быть сугубо региональным. Но мы у себя в регионе, тьфу-тьфу-тьфу, вроде нашли компромисс, и наша совместная организация, совместная площадка получается по информационному центру.

Что касается оповещательной системы, то это, в общем, набор технических средств в конечном итоге, которые находятся и на улицах, которые находятся на предприятиях, которые находятся в жилом секторе.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я прошу прощения. Громкоговорители?

Н.БЕЛЫХ: В том числе, да. То есть, естественно, здесь большое внимание уделяется и работе электронных СМИ, то есть работе с телеканалами, работе с интернетом и другими распространителями информации. Поэтому это, еще раз говорю, все-таки, 2 составных части – собственно, информационный центр как некий штаб, который получает информацию, генерирует решения. Это в этом информационном центре созданы соответствующие условия, то есть все каналы связи и все необходимые информационные ресурсы для принятия решения. Ну, там, условно говоря, в каждом информационном центре есть место губернатора. То есть в случае каких-то чрезвычайных ситуаций я должен находиться там как лицо, ответственное за то, что происходит в регионе. И второе – это уже, собственно, сама система оповещения.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Юрьевич, говоря о терактах, нельзя забывать о действиях именно спасателей и медиков. Скажите, пожалуйста, насколько эта система отработана у вас? Как она контролируется? И насколько она именно проверяется?

О.ЖУРАВЛЕВА: Насколько она вам подотчетна, может быть?

В.РОМЕНСКИЙ: Да. Сегодня, например, глава МЧС Шойгу говорил, что, в общем, сработали хорошо. Вертолеты садились прямо рядом со станциями метрополитена, увозили самых тяжелораненых и так далее. Как на самом деле было, ну, наверное, эксперты позже скажут. Но хотелось бы узнать, именно как в вашем регионе? И если знаете, про другие области России?

Н.БЕЛЫХ: Знаете, очень сложно сравнивать регионы между собой. Тем более, что…

В.РОМЕНСКИЙ: Значит, как у вас.

Н.БЕЛЫХ: Нет, секундочку. Тем более, что как вы понимаете, теракт теракту или вообще чрезвычайная ситуация чрезвычайной ситуации рознь. И если говорить о хорошо знакомом, близком мне регионе Пермском крае, трагедии, которая была в декабре прошлого года, понятно, что при том масштабе трагедии, который был – а я напомню, что там более 160 человек погибло и огромное количество людей получило ожоги, – собственно говоря, система, которая обеспечивала прием такого количества ожоговых больных, ее нет и быть не могло. То есть просто на такого масштаба чрезвычайной ситуации не запланирована ни одна больница, ни один лечебный центр.

Что касается вообще системы работы спасателей, медиков, то эти проверки и учения происходят достаточно регулярно. И надо сказать, что как раз после событий декабря 2009 года в Перми они стали, ну, будем так говорить, проходить с еще более повышенным вниманием. То есть в том числе и у нас, я знаю.

В.РОМЕНСКИЙ: Никита Белых, я просто напомню, говорит о пожаре в клубе «Хромая лошадь».

Н.БЕЛЫХ: Да-да-да. И в этом плане… Понятно, что говорить о том, что все работает замечательно, можно только, если, не дай бог, произойдет какое-то чрезвычайное событие, чрезвычайная ситуация, и тогда будет понятно, как работают. Пока, во всяком случае, оценки тех служб, которые проверяют, свидетельствуют о высокой готовности наших соответствующих органов, подразделений и учреждений. Ну, вот, будут проходить учения в апреле – посмотрим, собственно, как это будет выглядеть в натуре.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, скажите еще, пожалуйста. Вот, мы когда вспоминаем – сейчас, естественно, вспоминаем массу всяких терактов, и, вот, Юлия Латынина у нас тоже была в эфире, напоминала об этом. Что очень часто потом упрекают милицию, ну и всевозможные службы, когда в город проникают непонятно чем груженый транспорт и так далее. У вас есть какие-то рычаги, я не знаю… Вы чем-то можете привлечь, может быть, МВД на свою сторону? Вы, вообще, знаете, насколько реально они там что-то предотвращают, что-то проверяют и так далее? Или это просто как повезет, выяснится или не выяснится?

Н.БЕЛЫХ: Вот как раз те системы, о которых я говорил, те программы типа «Безопасный город» и «Безопасный регион» – они как раз и направлены на минимизацию рисков подобного рода. То есть я почему делал акцент на все эти системы видеонаблюдения, видеоконтроля и прочее? Поскольку, с одной стороны, это все можно пощупать-потрогать и всю необходимую информацию не только органам внутренних дел, но и руководству региона, и которая, действительно, позволяет оценить в том числе и адекватность и оперативность действий органов внутренних дел. Поэтому я считаю, что, во всяком случае, у нас эта проблема не стоит. И, вообще, понятно же, что в такие минуты, в такие дни всегда хочется найти виноватых, да? Да, безусловно, есть системные проблемы. Если милиция становится неким элементом политического процесса, то, в общем, в такие часы всегда хочется сказать, что вместо того, чтобы заниматься разгоном митингов и преследованием оппозиционеров, занимались бы лучше своими непосредственными обязанностями. Но я думаю, что на фоне такого, что называется, эмоционального напряжения и состояния лучше воздержаться от оперативных оценок. То есть давайте там будут сделаны выводы, будут проведены соответствующие следственные действия, и тогда можно будет выяснить, все-таки, кто допустил какие ошибки, почему были возможны такого рода события. И кто за это должен нести ответственность.

О.ЖУРАВЛЕВА: Никита Юрьевич, есть еще один вопрос у меня к вам. Сегодня прозвучали… Естественно, тоже на волне эмоций, всего на свете, ну, масса была комментариев, в том числе и прозвучали разговоры о том, что надо бы ограничить въезд. Ну, в Москву, вы сами знаете, кто только не приезжает. Это, в общем, центр мира практически. Что нужно как-то, вот, построже с пропиской, что нужно проверять и все такое. Как вы относитесь, в принципе, к такому методу борьбы с угрозами, как ограничение, извините меня, свободы передвижения по стране?

Н.БЕЛЫХ: Плохо отношусь. Потому что думаю, что ужесточение подобного рода режимов просто создаст дополнительную почву для коррупции. То есть, собственно говоря, если мы вспомним теракты минувших лет, в том числе и взрывы, допустим, самолетов, когда также террористки-смертницы попадали на самолет, просто за банальную взятку пройдя без билета, без всякого контроля на борт самолета. То есть понятно, что само ужесточение механизмов может повысить, грубо говоря, расценки в этой коррупционной среде, но точно не решит все проблемы. Поэтому, на мой взгляд, все-таки, системная задача – это борьба с коррупцией, в том числе в правоохранительных органах, в том числе в миграционных службах. То есть в том числе федеральной службы безопасности. Просто ужесточить меры, то есть это самый простой и очевидный механизм. Но как показывает практика, не только российская, но и мировая далеко не самая эффективная.

В.РОМЕНСКИЙ: Понятно. Расскажите, пожалуйста, как работает ФСБ в вашем регионе? Какие проверки оно проводит и в чем его функция заключается?

Н.БЕЛЫХ: Вы знаете, разговор о ФСБ лучше вести с представителями ФСБ, да?

О.ЖУРАВЛЕВА: А вы с ними ведете какие-то разговоры как губернатор?

Н.БЕЛЫХ: Мы с ними работаем, регулярно встречаемся. То есть у нас есть формат оперативного взаимодействия с руководством. И надо сказать, что некоторые из тем, которые мы с вами обсуждали, в том числе проверка на железнодорожном транспорте, это во многом была инициатива руководства Федеральной службы безопасности по Кировской области. То есть в том числе и те объекты повышенного внимания, о которых мы упоминали здесь уже – и химкомбинат, и завод по уничтожению химического оружия, и ряд других объектов. Это те объекты, которые находятся в сфере их постоянного контроля, и, в общем, вопрос мониторинга с их стороны, на мой взгляд… То есть у меня вопросов к их работе в части мониторинга этих объектов нет.

В.РОМЕНСКИЙ: Понятно.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть вы доверяете своим силовикам своего региона, и у вас с ними взаимоотношения, в принципе, деловые и нормальные. Правильно?

Н.БЕЛЫХ: У нас рабочие отношения. То есть я не знаю, что такое деловые отношения…

О.ЖУРАВЛЕВА: Нет, ну, деловые в хорошем смысле. Рабочие, да. Рабочие, хорошо.

Н.БЕЛЫХ: У нас рабочие отношения, да, конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Спасибо большое. Губернатор Кировской области Никита Белых был гостем сегодня дневного «Разворота» на «Эхе Москвы». Я надеюсь, что мы встретимся на следующей неделе уже с другими темами. А это дневной «Разворот», который ведут Владимир Роменский.

В.РОМЕНСКИЙ: И Ольга Журавлева. В ближайшее время будем продолжать тему терактов, которые произошли сегодня в московском метрополитене. Следующим гостем нашей программы будет Анатолий Ермолин, бывший начальник оперативно-боевого отдела группы «Вымпел», ветеран ФСБ. С ним будем говорить.

О.ЖУРАВЛЕВА: Естественно, обо всяких и технических, и психологических, и эмоциональных аспектах вот этих событий. И не забудьте, что на номер +7 985 970-45-45 мы принимаем ваши сообщения, особенно если вы очевидец, пришлите ваш телефон, ваше имя и мы вызвоним вас в прямой эфир.

О. ЖУРАВЛЕВА – Хотя Никита Юрьевич манкировал несколькими передачами, а у нас накопилось такое количество тем и вопросов, то мы даже не знаем, как разберемся. Никита Юрьевич, здравствуйте.

Н. БЕЛЫХ – Здравствуйте, здравствуйте.

В. РОМЕНСКИЙ – Пока не начали беседу, хотелось бы сделать объявление. 24-го марта состоится очередной эфир передачи «Народ против».

О. ЖУРАВЛЕВА – У нас в гостях Владимир Легойда, председатель синодального информационного отдела московской патриархии, который утверждает, что музеи должны вернуть церкви религиозные святыни. Никита Юрьевич, вы как считаете?

Н. БЕЛЫХ – Такая проблема существует, и мы ее обсуждали вместе с министром культуры Авдеевым, когда он приезжал. Я считаю, что должны музейные экспонаты из числа реликвий РПЦ находиться там, для чего они были созданы.

О. ЖУРАВЛЕВА – По назначению.

Н. БЕЛЫХ – Да, другое дело, что и мне кажется такая форма была бы наиболее правильной, то есть передача музеями этих святынь не в собственность может быть, поскольку тут возникают сложные отношения, особенно те музеи, которые приобретали это. А передача на хранение при условии, что…

В. РОМЕНСКИЙ – Музей может получать назад для каких-то выставок.

Н. БЕЛЫХ – Это раз, соответственно, что православная церковь принимает на себя обязательства по обеспечению всех условий сохранности и так далее. Но в конечном итоге эти святыни создавались, то есть не для музейного хранения.

О. ЖУРАВЛЕВА – Икона она для того, чтобы молиться перед ней.

Н. БЕЛЫХ – Конечно, и здесь мне кажется позиция и Министерства культуры и РПЦ и обывателей, она во многом совпадает. Хотя как известно, дьявол кроется в мелочах.

В. РОМЕНСКИЙ – Тем не менее, проблемы в мелочах много.

О. ЖУРАВЛЕВА – Давайте перейдем к недавним событиям, у нас день гнева был всероссийский и в Кировской области тоже проходили некие акции протеста.

Н. БЕЛЫХ – Тоже гневались.

В. РОМЕНСКИЙ – Не сильно.

О. ЖУРАВЛЕВА – У вас мягкие люди и даже автовладельцы какие-то белые и пушистые, аккуратно сели за руль, проехали. И под их требованиями вы частично готовы подписаться. Под какими требованиями вы не готовы подписаться, в чем конфликт у вас с автомобилистами в вашей области?

Н. БЕЛЫХ – Мы завтра с автомобилистами встречаемся. Мы предлагаем и автомобилистам, и другим группам граждан, которые считают, что их права нарушены, вместо того чтобы выходить на какие-то уличные форматы мероприятий, которые как правило к какому-то конструктиву не приводят, предлагаем: а) институционализироваться, то есть создать какую-то организацию и выйти в режим ведения нормальных переговоров.

О. ЖУРАВЛЕВА – Вы это много раз говорили.

В. РОМЕНСКИЙ – Организации у автовладельцев созданы уже.

Н. БЕЛЫХ – Да, мы с ними во вторник встречаемся. И с мотоциклистами. Что касается тех требований, которые были заявлены на этом автопробеге, то я не готов подписаться, одно из требований это пересмотр транспортного налога и возврат к старому формату. То есть это была ключевая тема наших дискуссий.

В. РОМЕНСКИЙ – По поводу транспортного налога, один из автовладельцев рассказывал, что они платят транспортный налог, когда заправляются. Причем с литра бензина идет порядка от 1 до 3 рублей. Разве этих денег на транспортный налог не хватает?

Н. БЕЛЫХ – Не хватает. Мы завтра все эти расчеты представим. Что касается акцизов на нефтепродукты, о которых видимо, идет речь. На самом деле те, кто хотят этим заниматься и эти цифры иметь, они их и так имеют. У меня главная проблема заключается в том, что очень много обсуждений идет на уровне эмоций. Я очень благодарен, например, Союзу мотоциклистов, которые впервые прислали очень качественные расчеты, которые касаются использования мотоциклов и их влияния на транспортный налог. Поэтому завтра мы какого-то консенсуса достигнем. Что касается других требований, я уже сказал о том, что готов подписаться под тремя четвертями, это касается передачи в федеральную собственность некоторых автотранспортных, собственно, за что мы сами ратуем. И более того, соответствующие бумаги…

В. РОМЕНСКИЙ – Я так понимаю, такие вещи тоже влияют на транспортный налог, потому что вопрос в том, кто платит: регион либо…

Н. БЕЛЫХ – Да, потому что одна из ключевых проблем, учитывая протяженность нашей территории и ее низкую численность, у нас самый высокий показатель по количеству дорог на тысячу населения в Приволжском федеральном округе. Я думаю, что один из самых высоких в России. Поэтому чем больше дорог будет находиться на федеральном содержании, тем больше возможностей у нас для приведения в порядок тех дорог, которые останутся у нас. Плюс мы не сошлись и не сойдемся, наверное, с автомобилистами по поводу мнения о закрытии на весенний период дорог для большегрузного автотранспорта. Тоже мы завтра эту тему обсудим. По всем остальным позициям, а их порядка полутора десятков, мы я думаю, едины в своих мнениях.

О. ЖУРАВЛЕВА – По закрытиям дорог у меня возник вопрос, потому что большегрузный транспорт в течение какого-то времени, что летать начинает или что он делает, когда дороги закрывают на весенний период. Кому вы их направляете и кто несет какие-то убытки, может быть какие-то компании транспортные страдают. Может быть они крюка должны давать.

Н. БЕЛЫХ – Речь идет о специализированном автотранспорте, у которого нагрузка на ось превышает 6 тонн. То есть это не легковые машины, не джипы и даже не автобусы. Это большие грузовики. Срок, на который ограничивается движение, он определяется субъектом федерации. У нас он определен с 19 апреля на месяц. Это тот период, во время которого с учетом климатических, паводковых и иных условий дорога наиболее подвержена разрушению. И по подсчетам специалистов, которые никем не оспариваются, собственно говоря, убытка от разрушения таким транспортом дорог в течение этого периода, накапливается порядка на миллиард рублей. Для нашей области. Поэтому предлагается и мы этот вопрос обсуждали предварительно и с Торгово-промышленной палатой и другими организациями. Первое – по возможности все перевозки на таких машинах сделать до того, либо после того, просто что называется в рамках текущей деятельности. Посмотреть возможности. Либо разбить соответственно грузы на…

О. ЖУРАВЛЕВА – На другом транспорте везти.

Н. БЕЛЫХ – При этом понятно, что есть определенные группы товаров и продукции, которая будет все равно ввозиться без всяких ограничений. Это продукты питания…

О. ЖУРАВЛЕВА – То есть, есть какие-то допуски.

Н. БЕЛЫХ – Да. То есть самое главное – кто в этой ситуации, наверное, действительно несет серьезные издержки. Это строители. Поскольку понятно, бетономешалки, миксеры, они обеспечивают даже в пустом состоянии гораздо больше нагрузку на ось. Поэтому мы договорились о том, что мы все равно в этом году это вводим, потом подводим реально цифры и по строительному комплексу, и по дорожникам о том, кто что потерял. То есть как эти вещи можно учитывать уже на следующий период. Потому что, честно говоря, никто оказывается раньше таких расчетов не делал.

О. ЖУРАВЛЕВА – Никита Юрьевич, вы сами подвели нас к следующей теме – к жилью. Потому что сегодня даже у нас цитируют Владимира Путина, который потребовал, чтобы удешевлялось строительство, а оно не удешевляется. Вы сейчас объяснили один из аспектов убытков, которые несут строители. Есть несколько вопросов, пришедших на сайт, не молодежного жилья, о котором вы собирались говорить, а вообще защиты жилищных прав граждан, как формулирует наш слушатель. Служащий. «Скажите, как в Кировской области решается проблема защиты жилищных прав граждан, проживающих в общежитиях, попавших в уставные капиталы предприятий? Или такой проблемы в области нет? Если Вы ее решаете, скажите как? Если нет, скажите, кто может ее решить?» Есть еще вопрос по контролю за соблюдением сроков ввода в эксплуатацию жилых домов в вашей области. Чья это ответственность?

В. РОМЕНСКИЙ – Действительно ли есть в этой области проблемы или наши слушатели грешат?

О. ЖУРАВЛЕВА – Приводятся даже конкретные адреса, просрочка сдачи.

Н. БЕЛЫХ – Это по Энгельса, по-моему.

О. ЖУРАВЛЕВА – Совершенно верно.

Н. БЕЛЫХ – Это скорее единичный пример, к сожалению, негативный. И с которым мы работаем. Но я бы сказал массового такого режима, когда нарушаются права дольщиков, когда возникает угроза построения каких-то строительных пирамид и так далее, в массовом формате таких вещей к счастью не происходит. Есть отдельные моменты, которые я надеюсь, мы решим и участники строительства соответствующие компенсации получат. В том числе и дольщики. Но называть это как системная проблема я бы не стал. Что касается первой темы, это проблема очень и очень серьезная. У нас в регионе эта проблема существует, причем она делится на несколько категорий. Во-первых, есть те общежития, которые попали в уставный капитал предприятий, но где конфликта между жильцами общежития и собственниками, где все к всеобщему удовлетворению находят компромисс по ценам, тарифам, то есть по обслуживанию, качеству услуг. А есть, где действительно общежития стали объектами многочисленных перепродаж, и собственно, уже конечные собственники рассматривают это как некий доходный дом, то есть устанавливают те ставки, условия, которые для большинства граждан являются неподъемными, и вот здесь уже мы действительно были вынуждены вмешаться…

В. РОМЕНСКИЙ – Но вы вмешиваетесь и говорите собственнику, что ты не задирай цены?

Н. БЕЛЫХ – Мы сначала пытаемся найти компромисс. Чтобы было понятно, есть несколько категорий граждан. Те, которые вселились в это жилье до того, как был процесс приватизации, и эти объекты были переданы в уставный капитал, они имеют право на приватизацию этого жилья. Те, которые вселились после, но до момента введения в законную силу Жилищного кодекса, они не имеют права на приватизацию этого жилья, но в то же время их нельзя оттуда выселить.

О. ЖУРАВЛЕВА – Скажите, кого можно выселить? Кто недавно вселился?

Н. БЕЛЫХ – Те, кто вселились после того, как вступил в силу Жилищный кодекс, естественно после того как это жилье было включено в уставный капитал и находилось в частном обороте, по сути, здесь они становятся такими же арендаторами жилья, как и…

О. ЖУРАВЛЕВА – Как муниципальное жилье.

Н. БЕЛЫХ – Да, платят, нет, и их пытаются выселить. Эта категория наиболее проблемная. Потому что у них прав задержаться практически нет. Рынок жилья не такой активный и ликвидный. То есть если даже люди считают, что им выставляют непомерные ставки, то сказать просто походи по рынку, найди что-то более подходящее, весьма сложно. Поэтому это является предметом нашего внимания и разбирательства. Более того, у нас уже есть судебные прецеденты, я сейчас не берусь оценивать их стратегическую значимость, по которым сделки по внесению в уставный капитал этих общежитий были признаны судом незаконными. То есть, несмотря на то, что все сроки исковой давности прошли, эти сделки были признаны незаконными и по некоторым общежитиям эти сделки были развернуты назад. Это очень серьезный прецедент, я сейчас не даю ему оценку, потому что у меня гораздо больше вопросов, чем может быть у вас. Потому что при таком раскладе можно эту тему развивать и дальше, и процесс акционирования ряда предприятий повернуть вспять.

В. РОМЕНСКИЙ – Приватизацию отменить.

Н. БЕЛЫХ – То есть, есть серьезные проблемы по этому поводу. Но такие прецеденты у нас в Кировской области созданы.

В. РОМЕНСКИЙ – Еще один вопрос по поводу жилья для молодежи. Вы придумали новую систему, Кировская область будет давать деньги людям за первый взнос, который должен быть не меньше 20%. Решение такое революционное и очень многим это уже понравилось. Но мне интересно другое. По ипотеке молодая семья действительно в Кировской области может купить квартиру на таких условиях? И сколько людям приходится в месяц платить за ипотеку?

Н. БЕЛЫХ – Все зависит от количества…

В. РОМЕНСКИЙ – Давайте возьмем в среднем однокомнатная небольшая в Кирове.

Н. БЕЛЫХ – Такую квартиру можно найти по цене ниже миллиона рублей.

В. РОМЕНСКИЙ – Никита Юрьевич сейчас нос чесал.

О. ЖУРАВЛЕВА – Может быть, он говорил неправду?

Н. БЕЛЫХ – И нос начал расти как у Пиноккио. Нет, просто последние две недели у нас очень интенсивно эта тема обсуждалась. Приезжал на прошлой неделе Семеняка Александр Николаевич, руководитель федерального агентства ипотечного жилищного кредитования. Мы до этого круглые столы проводили. Есть достаточно большое количество квартир по цене меньше миллиона рублей. По которым соответственно первоначальный взнос должен составлять порядка 300 тысяч рублей, потому что норма, которая снизила с 3% до 20, она еще в силу не вступила. Пока действуют старые стандарты. И по оставшейся сумме в зависимости от заемщика, потому что там разные показатели оцениваются, его ежемесячный платеж составляет 7-8-9-10 тысяч рублей.

О. ЖУРАВЛЕВА – То есть получать надо не меньше 30, чтобы как-то сводить концы с концами.

Н. БЕЛЫХ – Да, доход на семью должен быть более высокий. Но при этом, как мы общались с молодыми людьми, для многих являются проблемой не только и не столько проценты, которые приходится выплачивать, сколько первоначальный взнос. Потому что даже если ты имеешь какую-то работу, которая позволяет тебе оплачивать проценты по кредиту, найти единовременно 300 тысяч для того, чтобы сделать первоначальный взнос, крайне сложно. Если говорить о каких-то революционных как вы сказали, идеях, они от безысходности. Потому что стоит задача денег мало, желания много. Как нам при наименьших затратах попытаться эту проблему решить.

О. ЖУРАВЛЕВА – Главный вопрос – откуда вы деньги будете брать?

Н. БЕЛЫХ – Мы нашли деньги, мы предлагаем молодежи эти деньги не в качестве некой бесплатной суммы или взноса, мы предлагаем долгосрочный заем, на 5-10 лет. Человек получает сумму необходимую для уплаты первоначального взноса тоже в виде кредита, но беспроцентного. И выясняется, что такая категория для достаточно большой…, тут надо понимать и это уже на всех уровнях заявлено, что ипотека это тоже не панацея от всех болезней. То есть все равно не будет никогда придумано такого финансового механизма, который сто процентов молодых семей устроит, и будет способствовать улучшению жилищных условий. Но как оказалось то предложение, которое мы сформулировали, для многих категорий, для тех, которые не знают, где взять деньги на первоначальный взнос, речь идет о сотнях семей, если мы говорим об областном центре, такая форма является приемлемой. Сейчас мы на этой неделе подводим итоги, потому что еще включили обратную связь, кто собственно, что предложит. И по итогам этих обсуждений мы выйдем на конкретные механизмы. Но суть будет заключаться в том, что государство в лице области будет предоставлять эти беспроцентные ссуды на оплату первоначального взноса.

О. ЖУРАВЛЕВА – Никита Юрьевич, по жилью есть еще вопросы, уже касающиеся празднования юбилея дня победы. Потому что ветеранское жилье это 1 мая 2010 года вы должны быть готовы предоставить жилье всем. Кто подал заявку до 2005 года.

Н. БЕЛЫХ – До 1 марта 2005 года.

О. ЖУРАВЛЕВА – У вас в этом смысле все в порядке, вы готовы?

Н. БЕЛЫХ – Да.

О. ЖУРАВЛЕВА – Коротко и ясно. Уже приходят реплики на предыдущее выступление губернатора. А кто будет за меня платить лизинг и кредит, пока дороги закрыты, – пишет грузоперевозчик Сергей. И почему их так строят, что они разрушаются оттого, что по ним ездят?

Н. БЕЛЫХ – Вопрос действительно правильный абсолютно. И, к сожалению, нам эти вопросы приходится адресовать к тем, кого уж нет, а те далече.

О. ЖУРАВЛЕВА – То есть те, кто построил эти дороги.

Н. БЕЛЫХ – Если возникают претензии к тем дорогам, которые были построены, либо отремонтированы в последние год-полтора и на которые распространяются гарантийные обязательства, естественно, они будут ремонтироваться и восстанавливаться за счет тех подрядных организаций, которые это строили. Но когда речь идет о том, что приводятся в негодность дороги, которые построены 20-30 лет назад, общий объем недоремонта, есть такой термин, составляет порядка 50 млрд. рублей. То есть для того чтобы сейчас отремонтировать все то, что должно быть отремонтировано, Кировской области нужно потратить 50 млрд. рублей. Очевидно, что таких сумм нет…

О. ЖУРАВЛЕВА – Понятно, дальше можете не продолжать.

В. РОМЕНСКИЙ – Хотелось бы услышать ваше мнение по поводу законопроекта, который внесен в ГД об амнистии, посвященный юбилею победы.

О. ЖУРАВЛЕВА – Мы посмотрели по новостям, там довольно маленькое количество людей освобождается. Но в Кировской области довольно много заведений, их которых могут освободиться.

В. РОМЕНСКИЙ – Если законопроект будет одобрен, то выйдет 46 тысяч человек.

О. ЖУРАВЛЕВА – Из мест заключения. Остальные амнистии касаются других вещей. У вас какая-то есть напряженность, готовность. Вы на это обращаете внимание вообще и как вы к этому относитесь?

Н. БЕЛЫХ – Во-первых, надо посмотреть по судьбе этих законопроектов. Потому что те первоначальные варианты, которые были еще до внесения депутатами, и обсуждались, они предполагали амнистию по отношению либо к людям, которые были участниками Великой Отечественной войны, либо блокадники, либо…

В. РОМЕНСКИЙ – Плюс те, у кого небольшие нарушения.

Н. БЕЛЫХ – Секундочку. В том-то и дело, что та категория, которая имеет отношение к Великой Отечественной войне в том или ином виде, она вообще незначительная. Порядка полутора тысяч человек.

О. ЖУРАВЛЕВА – Это понятно, просто по возрасту.

Н. БЕЛЫХ – Когда мы смотрели в таком разрезе, то получалось так, что точно это будет абсолютно незаметно на криминогенной карте Кировской области. Сейчас с учетом того, что подпадают и просто люди, совершившие нетяжкие преступления и счет идет на десятки тысяч людей в масштабах страны, понятно, что в этом случае у нас речь пойдет о сотнях и, наверное, тысячах, то есть здесь надо просто будет ситуацию пересчитать. Поскольку закон внесен совсем недавно, такое поручение дано, и я думаю, что мы к концу недели будем понимать, что для нас это будет означать с точки зрения криминогенной ситуации.

О. ЖУРАВЛЕВА – Расскажете. Давайте хоть один звонок примем. Алло. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Меня зовут Николай. Я перевозчик. И хотел такой вопрос задать. С нас как владельцев автотранспорта налог берут за год, а мы тем более с Краснодара. У нас 70 рублей за лошадиную силу, а сейчас со следующего года будем 140 платить. И как нам быть этот месяц? А ведь… по всей России. А мы ездим, мы продукты питания развозим, и фрукты, овощи. Мы на рефрижераторах ездим.

О. ЖУРАВЛЕВА – Понятно, спасибо.

В. РОМЕНСКИЙ – Никита Юрьевич, что будет делать человек этот месяц?

О. ЖУРАВЛЕВА – Транспортный налог все равно будет у себя.

Н. БЕЛЫХ – Транспортный налог он платится независимо от срока использования автомобилей и в этом его главная проблема. Почему возникают эти идеи включить налог в стоимость бензина – потому что тогда платится в зависимости от того, сколько реально ездится.

О. ЖУРАВЛЕВА – Но это не более справедливо?

Н. БЕЛЫХ – Это более справедливо. То есть, есть транспортные средства такие как мотоцикл, которые используют точно меньше чем машина по времени…

О. ЖУРАВЛЕВА – И дорогу меньше травмируют.

Н. БЕЛЫХ – Да, поэтому есть такая проблема. Собственно говоря, это надо, безусловно, учитывать и почему я сказал, что мы по итогам этого закрытия в этом году, это же не только в Кировской области, это регламенты, которые были приняты в конце прошлого года постановлением правительства. Поэтому мы подведем итоги того, какие проблемы, у каких грузоперевозчиков это вызвало и будем считать. То есть если те рефрижераторы, о которых говорит Николай, перевозят продукты питания, то они по идее не должны подпадать под эти ограничения.

О. ЖУРАВЛЕВА – Так что слушайте внимательно, перевозчики из других регионов.

Н. БЕЛЫХ – Его это не должно касаться. Потому что продукты питания освобождены, на них эти ограничения по закрытию дорог в весенний период не распространяются.

О. ЖУРАВЛЕВА – То есть каждый человек должен уточнять свою позицию. Прежде чем отправляться в путь.

Н. БЕЛЫХ – Естественно.

В. РОМЕНСКИЙ – Спасибо большое. Это был Никита Белых, губернатор Кировской области как обычно по понедельникам в «Дневном Развороте».